— Вот именно, — вздохнув и слегка погрустнев, ответил Говоров.

— Говоря «вот именно», вы имеете в виду, что Зимина нет или что скорее вы были его другом, чем он вашим?

Еще раз усмехнувшись, директор Юридического бюро еще раз вздохнул и сказал:

— Какая теперь разница… Что вас интересует?

— Прежде всего меня интересует сама личность покойного.

— Личность как личность: в чем-то заурядная, в чем-то выдающаяся. Справедливости ради надо сказать, что последнее превалировало. Он был хорошим организатором и удачливым бизнесменом. Кроме того, если бы не убийство, его политическая карьера вполне могла бы пойти в гору. Как и многие люди подобного масштаба, он был сложным человеком. Что еще здесь можно сказать?.. Да многое, и в то же время ничего.

— Несмотря на ваши близкие взаимоотношения, вы не работали с Евгением. Почему?

— Если говорить одной строкой, мне не нравились методы руководства Евгения.

— Что конкретно?

— Принцип подбора кадров и рычаги воздействия на них.

— Что вы имеете в виду? — недоумевающе спросил я. — Он что, рукоприкладствовал?

— Нет, конечно. Но вы знакомы с теми людьми, которые сейчас являются ближайшими помощниками по бизнесу и возглавляют фирмы после его ухода в политику? Они все находились под жестким его контролем, и я уверен, что на многих у него был банальный компромат. С помощью этого он обеспечивал верность и толерантность в отношении себя со стороны подчиненных. Они все были на своеобразном кукане. По такой схеме он подбирал кадры на все свои проекты и предприятия. Он достаточно долго проработал в «органах», что не могло сказаться на его менталитете.

— Вы предполагаете, что он просто использовал служебное положение?

— Доказать я ничего не могу, — развел руками Говоров. — Да и нет никакого смысла, поскольку нет самого Евгения.

— А вы располагаете какими-нибудь сведениями по поводу тех или иных людей?

Мы оба улыбнулись наивности моего вопроса: я внутренне, Говоров внешне.

— Ну, знаете, я думаю, что человек, располагающий подобной информацией, однозначно стал бы во главе этой организации, будь он самый последний нищий. Хотя я думаю, что такого человека нет, — большую часть информации Зимин держал у себя в голове.

— В таком случае можно предположить, что убийцей или заказчиком убийства был кто-то из его ближайших сподвижников?

— Это очень сложный вопрос, и однозначный ответ на него получить практически невозможно. Я думаю, что существующее положение их во многом устраивало. Они были членами сильнейшей в области команды, и неважно, как они в нее попали. Все они богатые и состоятельные люди, Зимин их многому научил и многое им дал. К тому же риск оглашения какой-то нежелательной для них информации после смерти Зимина слишком велик. Поэтому за эту версию скорее больше минусов чем плюсов. Хотя исключить ее полностью нельзя.

— А как вы рассматриваете версию козней политических противников?

— Зачем им это? — ответил вопросом на вопрос Говоров. — Гарантий, что система, обезглавленная в случае убийства Зимина, развалится, — никаких. Вся группировка ориентирована и работает на губернатора, рассчитывая, что тот «выстрелит» в Москву и утянет за собой в том или ином качестве весь состав. Короче говоря, и в том, и в другом варианте мог действовать тот противник, который бы вдруг поимел информацию, позволяющую ему с большой степенью вероятности прогнозировать те или иные варианты развития событий.

Я не слишком хорошо понимал, о чем говорил уважаемый адвокат, поэтому просто тупо спросил:

— Ответьте мне на последний вопрос. Кого из членов команды вы могли бы видеть наследником безвременно покинувшего нас Зимина в политическом и экономическом плане?

— Если говорить о бизнесе, это однозначно — председатель правления банка «Элвис» Лагутин. Что касается политики, то здесь на лидирующие позиции может претендовать и, насколько я располагаю информацией, уже начал это делать, — Передреев.

— Вы могли бы прокомментировать обе эти фигуры?

— Лагутина я знаю мало. Он не имеет яркой биографии, кажется, родился в деревне, сменил несколько работ. Занявшись бизнесом, поимел успех, каким-то образом попал в поле зрения Зимина, который использовал несомненно выдающиеся способности этого человека в области финансов и коммерции. Передреев — более известная в городе личность, инженер по образованию, работавший на заводе, затем ушел на партийную работу. Позже, во времена перестройки, вернулся на завод. Потом опять стал чиновником, перешел на работу в правительство (тогда еще администрацию области). О последнем его назначении вы, я думаю, слышали. В окружении Евгения он всегда был более самостоятельной фигурой, и в этой команде играл скорее непосредственно под губернатором, чем был зависимым от Зимина. Хотя… — Говоров на некоторое время задумался, глядя в окошко, — по слухам, и у него в биографии есть ряд странных эпизодов, которые могли кончится для него не очень хорошо. И не то Зимин, не то кто-то по команде сверху помог ему решить ряд проблем личного характера.

— Я могу узнать, что вы имеете в виду конкретно?

— Была какая-то странная история с обязательствами, которые Передреев, взяв на себя, выполнить не смог или не захотел. Точных подробностей я не знаю, но дело получило широкую огласку благодаря участию известного криминального авторитета Рыбака.

— В каком качестве выступал этот достойный гражданин?

— Еще раз говорю, что подробности мне неизвестны, но по той информации, которой я располагаю, Рыбак каким-то образом являлся пострадавшей стороной от невыполнения взятых Передреевым обязательств. Но я подчеркиваю, что все это является не до конца проверенной информацией…

Я думаю, что на сегодняшний день рассказать что-то конкретное по поводу этого дела могут лишь два человека: Передреев и Рыбак. Не знаю, есть ли у вас возможность назвать какие-то вопросы последнему. Учитывая репутацию и характер деятельности Рыбака, у вас будут большие проблемы в получении у него интервью. А Передрееву вы задать вопрос можете — ведь это он является вашим клиентом.

— Почему вы так решили? — спросил я.

— Полагаю, что больше некому. Лишь команда Зимина может быть заинтересована в расследовании обстоятельств гибели своего «военачальника». Если они не замешаны, то они заинтересованы выяснить истинные причины, в обратном же случае, как только вы будете подбираться к истине, вам будут вставлять палки в колеса и тормозить расследование.

— А вы не допускаете какой-то третьей версии — например, личной мести того же Рыбака?

— Наверное, если бы это был убийца-одиночка, это многих устроило бы. Я не исключаю этой версии, но, думаю, что шансов у нее немного.

— И все же в довершение разговора я хотел бы выяснить, имела ли эта версия основание. Была ли, например, у Зимина любовница с ревнивым мужем или возлюбленным?

— Евгений, вообще, развратником не был, но, думается, мог иметь связи на стороне.

— То есть конкретной информации у вас нет?

— Нет.

— Что ж, я должен извиниться за неожиданный визит, отнятое большое количество времени и выразить вам благодарность за проявленное терпение.

— Заходите, если будут какие-то вопросы.

— Скажите, ваша собачка во дворе ласковая или кусачая?

— Скорее ласковая. Вообще-то, она не наша, это Мария Павловна привозит ее с собой на работу. Я уже не раз говорил, чтобы она перестала таскать сюда эту зверюгу, которая отпугивает клиентов. Но это абсолютно бесполезно.

Попрощавшись со старушенцией, я аккуратно выглянул во двор и, заметив, что собачка приютилась в тени зеленого строения, быстро преодолел расстояние между дверью и калиткой и покинул это странное строение, являвшее собой смесь русской самобытности снаружи и европейского стиля внутри.

Я уселся в автомобиль и посмотрел на часы. Было 17.05 — я еще вполне мог съездить домой и пообщаться с Приятелем перед встречей с очаровательной Таней Булгаковой. Решив так, я порулил к дому.

Приятель как всегда был любезен и готов к общению. Я резидентно загрузил всю суть нашего разговора с Говоровым и попросил порыться в базе данных и найти информацию по таким личностям, как Передреев, Рыбак, Лагутин, Булгакова. Оставив его гудящим и работающим, я пошел на кухню обедать. После обильного чревоугодия и небольшого дрема я решил посмотреть данные по моей будущей собеседнице и набрал в командной строке: «БИОГРАФИЯ БУЛГАКОВОЙ Т.И.»

Приятель ответил незамедлительно:

«Булгакова Татьяна Ивановна, 29 лет, русская, родители: отец научный работник, мать — преподаватель русского языка в школе; окончила Тарасовский государственный университет, филологический факультет. Учебные показатели средние. За годы учебы участвовала в различных молодежных мероприятиях и фестивалях, не раз входила в оргкомитеты. После окончания вуза преподавала в школе, работала в газете корректором, пробовала себя на ниве журналистики. Пять лет назад закончила курсы секретарей-референтов и перешла на работу в торговый дом „Зитэк“ (генеральный директор — Зимин Е.К.). Три года работает в аппарате областной администрации (Правительства губернии) референтом зав. отдела экономики (министра экономики). Замужем семь лет, детей не имеет. Муж — Яров Олег Григорьевич, работник СПАТП-5, водитель грузового автотранспорта».