Мужчины - от мальчишек до старцев, - разумеется, выражали всяческие восторги, но вот это как раз не имело никакого значения. Ведь они же порой восхищались такими обезьянами, что просто оторопь брала! Так что их преклонение, уравнивавшее нас с прочими кикиморами, нам еще ни о чем не говорило. Мы предпочитали иметь на сей счет собственное мнение.

Обе мы рано повыходили замуж, в студенчестве еще. И обе по-идиотски. Кристинин муж оказался психом-импотентом, мой - тайным наркоманом. О нормальной семейной жизни и речи не было, и мы обе быстро развелись. Развелись почти одновременно, не зная о намерениях другой, так что, может, случайность, а может, и нечто большее...

В приданое каждая получила от бабушки по двухкомнатной квартире. На это пошли остатки некогда значительного родового состояния. Квартиры бабушка купила в Урсинове, на всякий случай поближе к своей вилле. После разводов квартиры остались в нашем распоряжении, идиотам мужьям не удалось прибрать их к рукам, даже на такое они оказались неспособны. Если бы проявили деловую хватку и расторопность, отсуживая жилплощадь, возможно, мы с Кристиной обнаружили бы в наших бывшеньких хоть какие-то положительные качества.

И жилось нам с сестрой более-менее нормально до того самого судьбоносного вечера.

***

- Слушай, Иоаська, у меня проблема, - заявила Кристина, явившись ко мне в один прекрасный вечер. - Думаю, тут ты пригодишься...

И замолчала.

- Ну! - поощрила я сестру, открывая бутылку сухого белого. Кажется, я уже упоминала - наши вкусы в еде и питье совпадали, как мы в свое время ни пытались их изменить. - Выкладывай и перестань ковырять в носу, а то у меня нехорошее ощущение - это я сижу и ковыряю.

- Могла бы уже привыкнуть! Видишь ли, сложное дело...

- Ну! - повторила я, разливая вино по бокалам.

- Знаешь, завелся тут у меня один... - запинаясь, начала Кристина и спохватилась:

- Да что я такое говорю, ты прекрасно его знаешь... короче, это Анджей. Как бы тебе так объяснить, чтобы и не солгать, и не сглазить...

- А, понятно. Ты уже спала с ним?

- Спать-то спала, да не в этом дело...

- Так в чем же?! Разродись наконец!

- Ну ладно. В конце концов, не сексом единым... Полюбила я его, понимаешь!

- Езус-Мария! - в ужасе вымолвила я. И больше ничего не могла сказать. Кристина не дала.

- Знаю, что скажешь! Помешался на своей работе, больше его ничто не интересует, денег зарабатывать не умеет, женщину оценить не в состоянии. Ну и что?

Отпив глоток вина, я нарезала сыр. Камамбер, самый подходящий. Какое счастье, что сей тяжкий крест, я имею в виду Анджея, достался не мне!

- По-моему, он тебя тоже, - сказала я. - Так в чем же проблема?

Кристина так и вскинулась.

- А ты откуда знаешь?

- А то ты не знаешь!

- Я-то знаю, но мне интересно, откуда узнала ты?

- Так мне же по работе приходится иметь с Анджеем дело. Вот на днях опять приходил: изучал грунтовку на одной старинной картине. Ну и я заметила: смотрит на меня странно, так как-то... алчно... Причем с некоторых пор, до этого я его абсолютно не волновала. Наверное, как меня видит, тебя каждый раз вспоминает.

Камамбер малость перезрел и стал слишком мягким. Крыська взяла кусочек и сразу же измазалась.

- Вот интересно, - задумчиво проговорила она, облизывая пальцы. Почему так получается с этими мужиками? Ты его не волнуешь, а в меня он без памяти влюбился. Выглядим-то мы одинаково!

- Только внешне. Внутри мы разные. Видимо, что-то такое он в тебе учуял. Ты заметила, собаки нас всегда различают? Ну так что? Тот факт, что ты с ним спишь, еще не проблема, он же разведенный.

- Анджей собирается за границу. В Тибет. Как минимум на год, а то и на два. Какой-то фонд выделил бешеные деньги на изучение природы этого холерного Тибета. Так вот, Анджею интересно это, во-первых, а во-вторых, надеется за один раз отхватить кучу денег, чтобы купить оборудование для своей лаборатории. Сто лет уже об этом мечтает.

- Знаю.

- Отговаривать - дохлый номер. Единственный выход - ехать с ним. А я работаю, терять место... Нет, Такого не могу себе позволить. Так что ты должна меня заменить.

- Спятила?!

- Что касается любви к Анджею - да, спятила, честно признаю, во всем же остальном более-менее нормальная. Ведь у тебя ненормированный рабочий день, можешь появляться когда пожелаешь. Ну чего всполошилась? Подумаешь, компьютеры! Подучу тебя немножко, поймешь, в чем суть, ничего особенно сложного. Никто и не догадается, что это ты, а не я.

Я подавилась сыром и захлебнулась вином. Долго не могла отдышаться и откашляться. Нет, она все-таки ненормальная! Любовь в голову ударила, не иначе. Ведь я же не имела ни малейшего понятия о ее работе! Компьютером пользоваться умела, но на самом примитивном уровне, она же все программы щелкала как семечки, еще и других обучала. Нет, Кристина определенно помешалась от любви! Каждый дурак в момент раскусит меня, самозванку, а ее шеф наверняка схлопочет инфаркт. Ненормальная!

У меня перехватило дыхание, и я слова не могла вымолвить, а Кристина, сочтя, видимо, что я напряженно размышляю, продолжала уговаривать, все еще слизывая камамбер.

- Господи, да в чем сложность-то? В три счета научу тебя, объясню суть, и не такие дубины понимали. Да и не стану я торчать на Тибете все время, я же не обязана сидеть там сиднем, буду ездить туда-сюда и появляться на работе. Попритворяешься немного, ну что тебе стоит? И вообще, я решила лететь по твоему паспорту, чтобы не получилось, что я и тут и там. А ты сама знаешь, мужика одного отпускать опасно, мало ли что в голову придет. Черт его знает, я имею в виду Анджея, на что он там наткнется, в этом Тибете. Раз уж сейчас ему какой-то паршивый сорняк дороже меня... Не ехать, видите ли, не может, а меня здесь оставить может! Ну уж дудки.

Насчет того, что мужиков отпускать на свободу опасно, я с сестрой соглашалась целиком и полностью, что и подтвердила, машинально кивнув головой.

- Тут еще эта лаборатория, - вдохновенно продолжала Кристина. - Цель и смысл его жизни. А у меня нет денег, чтобы ему эту лабораторию оборудовать...

- А с чего это ты должна ему оборудовать лабораторию? - ехидно поинтересовалась я. - Хочешь взять его на содержание? С катушек сорвалась на почве эмансипации?

- Богатый муж у меня уже был, так ведь? - возразила Кристина. - Сама знаешь, чем все закончилось. Временных же хахалей я не люблю.

Это правда, при муже-импотенте истощение нервной системы ей было гарантировано, как в банке. А к тому же импотент был жутко ревнив. Видимо, бедняжка тщательно скрывала от него вышеупомянутых хахалей, которых приходилось заводить для профилактики. Кошмарная жизнь! Ясное дело, уж лучше отказаться от богатства...

И тем не менее выполнять ее идиотскую просьбу я не собиралась. Все равно заменить сестру я не смогла бы при всем желании - тут одного внешнего сходства явно недостаточно. Уж скорее могло получиться наоборот, то есть если бы Крыська взялась заменить меня. Хотя... нет, тоже ничего хорошего бы не получилось, у меня чутье на антиквариат, а у нее и в помине нет...

Начался долгий, бестолковый, изнурительный разговор. Мы основательно поцапались, а в перерывах между обменом эпитетами пытались найти какой-то другой выход. Переломать Анджею ноги, например, чтоб по горам не шастал, или, на худой конец, одну ногу. Ничего умного не приходило в голову, и наверняка мы бы поссорились по-страшному, если бы вдруг не зазвонил телефон.

Звонила тетка, жена нашего родного дяди, того, что с виллы.

- Иоася? Звоню в твою квартиру, так, наверное, у телефона ты. Из нотариальной конторы в Париже пришло письмо, адресовано тебе и Крысе, сразу обеим. Толстое такое. Что мне с ним делать?

- Минутку! - Я попыталась унять злость и раздражение. Предназначенные сестре, они не должны излиться на ни в чем не повинную тетушку. Затем передала информацию Крыське, уже не сдерживая в голосе злых ноток.

Сестра лишь пожала плечами, испытывая ко мне идентичные чувства. В пылу ссоры ни она, ни я как-то не оценили всей значимости сообщения.

- Если тебе интересно - смотайся за письмом! - проворчала Кристина. Я подожду тут, я с тобой еще не покончила.

Я обернулась за четырнадцать минут и вернулась с толстым конвертом. Раздражение немного поулеглось, и я попросила Кристину на время отложить свои любовные перипетии. Посмотрим, чего от нас хочет парижский нотариус.

Конверт вскрыла я, Крыська так и не слизала с себя всего камамбера.

Через десять минут уже почти примирившиеся, но слегка ошеломленные, мы перечитывали письмо по третьему разу.

Парижский нотариус нашей французской прабабушки извещал, что графиня Каролина де Нуармон скончалась, назначив нас своими прямыми наследницами и поровну разделив между нами имущество, но с одной оговоркой. В связи с вышесказанным совершенно необходимо присутствие в Париже хотя бы одной из нас с доверенностью от другой. Лично у него, нотариуса, имеются некоторые сомнения. Примо: по закону очередным графом де Нуармон должен стать наш дядя, и ему достался бы замок вдобавок к титулу, но для этого дяде следует предпринять соответствующие юридические шаги. Секундо: покойная графиня оставила для нас еще письмо, которое, по ее особому распоряжению, должно быть вручено лишь нам лично. Он, нотариус, не считает это письмо таким уж важным документом, но воля завещательницы свята.