Сингулярность 1.0
Космос

Дальний космос

Александр Ларинцев
Пастыри лавин

– Вольмир Беринг. Официально – новый командующий астроинженерным танкером «Сизиф». Неофициально – внезапная заноза в моей заднице.

Вольмир поморщился от тона Измы Дез. Та сидела напротив и просматривала на планшете его биографические данные.

– Совершенно не впечатляет. Удивительно, как Комитет астроинженеров додумался променять меня на вас. – Она усмехнулась. – Вы оставили свою первую работу на Уране и прибыли на «Сизиф», намереваясь прибрать к рукам мой корабль. И, конечно, вы были уверены, что у вас это получится, так?

Он промолчал. По большому счёту ему было всё равно, что она скажет.

– Знаете, кто я? Я командовала «Сизифом», когда вы ещё были младенцем. Вы учились глотать слюни, а этот корабль строил стэнфордские торы для тысяч поселенцев. Как же вам удалось произвести впечатление на Комитет?

– У меня было много свободного времени, – пожал плечами Вольмир.

– Верю, вы же следили за газодобытчиками. Самое скучное и хреновое занятие, которое можно вообразить. Только потом – о чудо! – вас вдруг назначают на бывший флагман астроинженерного флота. Не каждый осмелится мечтать о таком подарке судьбы, правда? Помимо всего вам дали с собой крайне любопытный груз. Разрешите поинтересоваться, что упрятано в том контейнере?

– Как бы это сказать? Я устроил себе подарок в честь новой должности. И, очевидно, мой груз принадлежит мне, – заметил Вольмир. – Забудьте о нём.

– Вы протащили его на борт без всякого на то права и отказываетесь говорить, что это?

– Поправка: все права при мне. Вы не можете мне приказывать. Официально «Сизиф» вам больше не принадлежит. Вы теперь пират, Дез. Знаете, кто такой пират?

– У вас нет полномочий, Вольмир. А я могу сильно осложнить вашу жизнь.

– Дерзайте, – кивнул он. – Ваш корабль не предел мечтаний, но здесь хотя бы не пахнет гнилыми яйцами, как на Уране. Можно и потерпеть.

Изма вздохнула.

– Глупо всё осложнять. «Сизиф» всё равно тщательно осмотрит ваш груз. Просветит его рентгеном, мюонными лучами – всем, чем можно. Разберёт на винтики, если понадобится. А пока настоятельно прошу вас оставаться в своей каюте.

– Я под арестом?

– Называйте, как хотите. «Сизиф» всё равно никуда вас не пропустит. Потом разберёмся, что с вами делать.


Можно лишь жалеть, что обстоятельства столкнули их лбами.

Вольмир с детства знал об Изме Дез. Она давно стала частью фольклора, в котором суровые капитаны, живущие сотни лет, командуют мрачными громадинами на релятивистских движках и прокладывают дорогу менее долговечной части человечества. Она была живым мифом, а её корабль – кладезем технологических чудес.

«Сизиф» – это гигантский строительный инструмент, космический бульдозер. Он выращивал внутри себя миллионы неймановских мотов – крошечных фабрик, способных копировать себя и создавать что-то новое. Те роем вылетали из утробы корабля и врывались в астероидные пояса, скопления пыли или кольца планет-гигантов. Микроскопические зонды черпали все доступные ресурсы и размножались в экспоненциальном угаре, порождали вихри устойчивого хаоса, в которых постепенно проявлялись очертания стэнфордских торов – многокилометровых космических станций. Колоссальные сооружения росли как коралловые рифы – моты строили их своими телами, слой за слоем. На это уходили долгие годы.

Кто-то сказал, что астроинженерия – это гигантская трёхмерная печать, скрещённая с вялотекущей вирусной инфекцией. Вольмиру нравилось это сравнение. В их ремесле действительно было что-то нездоровое.

И Дез доказала это ценой карьеры.

Это случилось пятьдесят лет назад. Строительный рой, выпущенный «Сизифом», атаковал газопылевое облако, окружавшее эпсилон-3, молодую звезду солнечного типа. Как и всегда, процесс поначалу шёл медленно, пока в пространстве объёмом в миллионы кубических километров не набрались миллиарды машин-сборщиков. Моты сближались друг с другом, сцеплялись мёртвой хваткой, создавали машины крупнее. Строительный рой эволюционировал, формировал коллективный интеллект. Из газопылевой туманности должен был вылупиться крупнейший в истории человечества стэнфордский тор, космический Вавилон, рассчитанный на миллионы поселенцев.

Но туманность исторгла монстра.

Возможно, во всём виноваты космические лучи. Случалось, сверхэнергетические протоны, выпущенные далёкими сверхновыми, попадали по случайным мотам. Из-за радиации те гибли тысячами. Видимо, какая-то дефектная самокопирующаяся машина не издохла, а выполняла и дальше программу, извратив её до неузнаваемости. Роковая мутация накапливалась как снежный ком, передавалась следующим поколениям мотов. Эволюция сошла с рельсов, пустилась вниз по крутой кривой критических ошибок. Когда Дез поняла, во что превратился тор, уже никто не знал, как обратить процесс. Обезумевший строительный рой сформировал набитую мутировавшими сборщиками «опухоль» – Бегемота.

Злокачественные моты могли улететь к другим планетным системам. Тогда метастазы опутают всю Галактику, прервут звездообразование, вырастят вторичных Бегемотов. Такой процесс затянется на миллионы лет, но итог один: Млечный Путь окажется сожран, словно личинка гусеницы, в которую отложили яйца паразитические осы.

Комитет астроинженеров объявил чрезвычайное положение и отправил к эпсилону-3 флот из танкеров. Звездолёты культивировали в своих чревах разнообразные боевые зонды, а затем выпускали их в газопылевое облако. Моты-интерференты облепляли своих противников, не давая им размножаться; моты-фаги поглощали всё, что могли поглотить. Но Бегемот развивал устойчивость к любым «лекарствам».

Все понимали, что это не могло продлиться долго. Нагрузка на ресурсы была чудовищной. Многие крупные астроинженерные проекты отменили. Вскоре стало ясно, что Бегемота необязательно побеждать – достаточно сдерживать, не допуская стадии метастазирования. Комитет снял чрезвычайное положение и сократил расходы. У эпсилона-3 остался лишь один «Сизиф», Дез обрекли на бессрочную вахту в одиночестве.

Если человек делает одну и ту же работу десятилетиями, он вряд ли сможет её бросить, когда придёт время. Вольмир знал это как никто другой. На Уране его спасло лишь то, что он всегда находил, чем себя занять.

Интересно, что скажет Дез, когда узнает, что находится в контейнерах?


– Можете объяснить, что за дрянь вы притащили на мой корабль? – Изма буквально ворвалась в его каюту посреди ночи. Точнее, это биологические часы Вольмира считали, что была ночь.

– Нет. – Он лениво поднялся с кровати. Хотя и не спал: у него болел живот.

– Нет?!

– Это не ваш корабль. Он мой. На мой корабль я тащу всё, что мне хочется.

Изма несколько секунд ничего не говорила, видимо, пытаясь подавить в себе ярость. Затем продолжила более сдержанным тоном:

– «Сизиф» изучил ваш груз. Сверхпроводящие магниты, контейнеры с гелием-4 и мелкодисперсная субстанция из кремния, кислорода, иттрия и меди. Состав соответствует микропроцессорам на сверхпроводниках. Их предназначение установить не удалось, но готова поспорить, что это миллионы мотов неизвестного предназначения. Так вот, какого хрена они делают на корабле?

– Всё санкционировано Комитетом.

Она закатила глаза.

– Комитет – сборище отсталых идиотов. Ваше присутствие тому доказательство. Они действительно считают, что могут отдать «Сизиф» в руки человека, который проносит на корабль потенциально опасный груз? По мне, вы – просто выскочка, выслуживающаяся перед некомпетентными тупицами. Бюрократы вы все, ненавижу вас.

Вольмира её слова не трогали.

– Не волнуйтесь, я принял меры. Любая нештатная ситуация, и содержимое превратилось бы в безвредную пыль. Чтобы сохранить его свойства, контейнер нужно вскрывать особым образом. Процедуру знаю только я…

– Что они делают? – оборвала его она.

– Это рецепт, придуманный мною на Уране. «Пираньи». Каждый мот особым образом откалиброван. Магниты защищают их от космического излучения. Естественно, я должен был взять образцы, никаких спецификаций, чертежей и виртуальных моделей. Не уверен, что ваш корабль смог бы в точности всё воспроизвести по описаниям. «Сизиф» – древнейший из астроинженерников. Старость связана с ненадёжностью, а мозг может пострадать даже у искусственного интеллекта.

– Повторяю вопрос: для чего они нужны?

– Это окончательное оружие против Бегемота.

Дез издала смешок.