Я загадочно улыбаюсь мужу, ленивым движением доставая из кармана халата сегодняшние снимки узи.

Одного взгляда на них Рану предостаточно, чтобы осознать, что у нас будет сразу два продолжения.

А мне — чтобы понять, что он до этой минуты об этом не знал.

Эпилог

Ровно три года спустя

Алисия

Подскакиваю на пассажирском сидении, когда джип подлетает на очередной кочке индийского бездорожья. Что ж, намереваясь посетить местное сафари, гостям природных красот приходится идти на определенные жертвы.

Мы с Раном здесь во второй раз, ведь именно в Индию он отвез меня три года назад, в наше первое официальное свадебное путешествие. Как и обещал, мой муж был очень оригинален: мы провели целых две недели в настоящей ученой экспедиции, вдоволь насытившись потрясающими эмоциями. Умудрились привезти с собой багаж приключений, бессонных ночей в палатке, солнечные ожоги и даже содранные в кровь коленки, и руки. Учитывая то, что я была беременна близнецами — то путешествие я никогда не забуду. Неудивительно, что наши дети родились до смерти любопытными и любознательными. А еще невероятно красивыми, с широко распахнутыми и вечно горящими глазами.

Я многому у них учусь. Как минимум: смотреть на мир с той же легкостью и непосредственностью. А еще — железному терпению и тайм-менеджменту, потому что работа в редакции и над новыми проектами по расширению прав женщин по-прежнему выполняется под моим чутким руководством и при поддержке мужа. Воспитание малышей занимает большую часть моей жизни, но я стараюсь находить время, которые могу посвятить помощи тем, кто в ней нуждается.

Сегодня наша третья годовщина, и поскольку Дьюк и Ариэль уже немножко выросли, мы приняли тяжелое решение и впервые оставили их с родителями и нянями на десять дней. Обычно, мы в любое путешествие берем их с собой. Но тропики — не лучшее место для шумных и непоседливых двухлеток. Ариэль бы при первой удобной возможности сбежала от нас подальше и не побоялась бы влиться в стаю диких тигров, а Дьюк препарировал бы первого попавшегося под руку паука. Шансы на то, что он не окажется ядовитым, были бы очень маленькими. Нас с Амираном выбрали такие дети, которых невозможно оставить без присмотра. А когда они разделяют на двоих пару квадратных метров, они и вовсе становятся местом зарождения всепоглощающего урагана.

— Заповедник стал больше с прошлого раза? — уточняю у Мира, пока муж увлеченно выясняет подробности, предстоящей нам экспедиции у нашего гида.

— Да. Вдвое. А благодаря нашему вкладу в борьбу с браконьерством, он теперь насчитывает еще двух мальтийских тигров, — поясняет Мир.

— Ого! Саваж очень расстроится, узнав, что Туман теперь не так уж и уникален, — шучу я, обнимая Мира за плечи и целуя в шею.

Амиран смеется в ответ, и мы снова подскакиваем на очередном ухабе. По мере продвижения в глубокие джунгли, воздух становится более влажным, насыщенным, чертовски-приятным. Взор радуется, бесконечно цепляясь за ярко-зеленые лианы, папоротники, пальмы и деревья, которых не увидишь в Анмаре. В нашей стране все выглядит довольно сухо, и вся зелень — искусственно выращенная, что конечно, не заменит истинного контакта с благоухающей и поющей голосами экзотических птиц, природой.

Здесь все, как в первозданном виде несмотря на то, что на территории живет небольшое количество киперов и постоянно следят за редкими животными. К вечеру мы покинем территорию огромного заповедника, ведь наша цель — эпицентр обитания редчайших представителей семейства кошачьих. Уже завтра мы будем высматривать и изучать еще более уникальные экземпляры: дымчатого леопарда, оцелотов, и черных ягуаров.

Вечером, сидя у разведенного костра, мы с Амираном наблюдаем за естественной средой обитания любимых животных. Пурпурно-розовый закат теряется в тенистых ветвях зелени, но в сумерках и влажности тропического леса есть своя изюминка. Будет очень здорово продолжить греться вдвоем уже в палатке, когда догорит полыхающее пламя.

— Все в порядке? — выводит меня из забвения Мир, когда замечает, что я слишком долго держу овощи над пламенем. Они уже сгорели, а я и не заметила, мыслями улетев к Ариэль и Дьюку. Как они там? Не повыдёргивали ли друг другу светлые волосы? Не переругались ли друг с другом, не соскучились ли по нам до слез и истерик? Хорошо ли работает связь в диких джунглях?

— Да, все хорошо, Мир. Просто…думаю, как там они. Уже скучаю несмотря на то, что очень счастлива быть здесь, — пытаюсь развеять типичные материнские тревоги и насладиться моментом.

— Ари даже не заметит твоего отсутствия. А у Дьюка есть дела поинтереснее, чем скучать по нам, — обнадеживающе заверяет меня Амиран, прижимая плотнее к своему плечу. Мы абсолютно одни, не считая лагеря охраны и гидов, разместившихся на три пальмы дальше.

— Не говори так. Конечно, они заметят. Они все чувствуют...надеюсь, они не будут ощущать себя брошенными.

— Мы еще успеем насидеться дома, вместе с детьми. В следующем месяце обязательно выберемся куда-нибудь всей семьей. А сейчас, наслаждайся моментом, сладкая. Наши дети в надежных руках Мелании Саадат, — приводит железный факт Ран, прижимаясь носом к моему носу.

— Никогда бы не оставила их, если бы не доверяла маме, как самой себе, — ощущаю, как муж согревает меня горячим и мятным дыханием.

Амиран прав, всего десять дней разлуки, и мы снова вместе. Как хорошо, когда есть куда и к кому возвращаться. Когда тебя любят и ждут, и Ран ощущает тоже самое, покидая Анмар на время кратковременных командировок.

— Готова к завтрашним приключениям? — бросает мне вызов Мир, именно в тот момент, когда из стороны ближайших папоротников доносится пугающее и подозрительное шуршание. Здесь это обычное дело, но я все равно инстинктивно замираю, прижавшись к самом безопасному и надежному тылу в мире — его груди.

— Если ты готов, — от предвкушения сафари-приключений у меня захватывает дух. — Спасибо тебе за этот подарок. За все твои подарки на годовщину. За то, что привез меня сюда, не спрашивая. Иначе бы я не решилась, — благодарю я, прикасаясь к запястью Рана, которое обнимают четки из черных камней, разделенные пулей. Его личный оберег, который он никогда не снимает.

— Ты так этого хотела, тебе было нужно, чтобы я принял решение за тебя.

— Да. Определенно. Амиран…, — нервно начинаю я, запуская руку в свой рюкзак со всем необходимым.

— Да? — с любопытством в голосе отзывается муж.

— У меня тоже есть для тебя подарок. Я снова сделала его сама. Честно говоря, я делала его последние три года.

— Мне уже страшно. Что же там?

— Это…не знаю, как объяснить. Закладка на первой странице. Почитай. Ты все поймешь, — интригующе улыбаюсь, тихо отзываюсь я. Нервно кусая губы, чувствуя себя странно. Кажется, ближе стать друг другу уже невозможно…но вместе со страницами этого дневника, он познает меня до самого дна. Если захочет.

Как он и хотел. Каждая моя мысль — для него.

Амиран открывает увесистый блокнот из эко-кожи на первой странице. Мысленно повторяю про себя строки, которые он видит и читает прямо сейчас.

"...Внутри все всколыхнулось. В голове была только мысль: «Мне нужно туда», — читаю по почти беззвучно шепчущим губам Мира. Он читает мои заметки дальше, и закончив со сценой нашего знакомства моими глазами, пролистывает блокнот до финала. У меня язык не повернется назвать это книгой. Я не писатель. Но может, нечто вроде рукописи про наше знакомство, хроника нашей истории от первого лица, не больше…а даже если это и книга, то любому мужчине ведь приятно быть главным героем романа?

— Я был прав, — чувственные губы Мира раскрываются в широкой улыбке. — Когда сказал, что ты уже принадлежишь мне, tatlim. Как же ты чертовски сильно упрямилась, — нарочито строгим тоном добавляет Ран.

— А ты сомневался?

— Нет. Ни на секунду. Но я не знал, что ты тоже не сомневалась с того же момента.

Он с хлопком закрывает блокнот. Его крупные пальцы плавно скользят по массивному переплету, сделанным мастером на заказ.

— Бесконечно моя, tatlim, — произносит он, непрерывно глядя в мои глаза, и проводит пальцами по выгравированным на твердой коже буквам, что гласят «Босиком по пеплу» … — И теперь я просто обязан выкроить время и предоставить тебе свою версию событий. Уверен, что она тебе откроет много нового.

— Снова тайны? — настороженно спрашиваю я.

— Тебе понравится, сладкая.

— По-моему, что-то подобное ты сказал мне в самом начале.

— Я твой будущий король — вот, что было в самом начале, — с улыбкой напоминает Амиран.