— Именно. Мы не узнаем, пока не проверим! — поддакнул Гера, встав плечом к плечу к генетику.

— Сравнивать человека с рыбками не очень умно, — хихикнул инженер. — Ты бы еще обезьянок в пример поставил. Шимпанзе там, бонобо. Пруфы где?

— А мы про среду говорим, и я просто привел возможные примеры, что на других видах это работает, я не проводил прямой корреляции, — вскипел Женя. — И, кстати, у тебя с кактусом шестьдесят процентов генов совпадают, помни об этом.

— Так, хорошо, Женя, успокойся, пожалуйста. Что ты предлагаешь? — Эн обратился к Гере.

— Провести эксперимент! — на этих словах глаза бывшего подопечного вспыхнули нездоровым огоньком. — Разумеется, не на всей планете, а на группе добровольцев. Мы создадим подходящие условия, сформируем две семьи. Семья — это союз двух человек. Проведем участникам инструкцию по поведению. В каждую семью поместим по ребенку. Поселим отдельно от всех, воссоздадим дома по древнему образцу, максимально приблизим условия к естественным. Ориентировочный срок эксперимента — восемнадцать лет, да, это немало, но именно столько лет по меркам предков должно исполниться человеку, чтобы общество признало его взрослым и самостоятельным. И посмотрим, что из этого выйдет. Возможно, у самих участников механизмы не запустятся, но дети, воспитанные в правильных условиях, имеют все шансы вырасти полноценными людьми, способными размножаться!

— В целом… в целом, мы ничего не потеряем. И, как знать, возможно, это сработает, — задумался биолог.

— Звучит интригующе, — добавил ребенок.

— В нашей ситуации хороши любые средства. Почему бы и нет? — подключился Оли.

— Да и восемнадцать лет — не так уж и много… На деле все не так страшно. Но я там участвовать, конечно же, не буду, — слова принадлежали инженеру.

— А каковы будут критерии отбора? — спросил Кира-спасатель, медленно раздевая психолога.

— Критерии разрабатываются. Но, прежде чем их разработать и утвердить, в соответствии с пунктом седьмым общеземного закона, нужно получить согласие населения на проведение эксперимента. Предлагаю провести опрос, — ответил Гера.

— Дорогие друзья! — не теряя времени, громко сказал Эн, обращаясь не столько к присутствующим здесь, сколько к наблюдающим за поляной посредством трансляции. — Сейчас будет запущено голосование. Просьба к каждому жителю планеты хорошо подумать и высказать свое мнение. Отнеситесь к голосованию максимально серьезно! Помните! В случае неблагополучного исхода ответственность ляжет на всех нас. Повторяю еще раз — именно сегодня, здесь и сейчас, всем нам необходимо сделать выбор, который, возможно, станет важнейшим историческим событием тысячелетия! Итак, начнем…

Он прикрыл глаза и мысленно создал график, где зеленым обозначались ответы «за эксперимент», а красным — «против». Уже через несколько секунд зеленая шкала значительно превысила красную. Через минуту проголосовало более восьмидесяти процентов населения.

— Долой консерватизм, — прошептал под нос ребенок, голосуя «за».

— Шанс войти в историю… меня запомнят… Саша никуда не денется… — задумался Кира и ответил «да».

«А почему бы и нет?» — сам Эн тоже ответил положительно.

— Восемьдесят девять процентов за, — объявил он результат две минуты спустя. — Почти единогласно. Решено — эксперименту быть, — на этих словах бывший подопечный одно что не подпрыгнул от радости, а от обилия виртуальных комментариев загудело в голове. — В таком случае, давайте обсудим первичные организационные вопросы… Гера, сколько времени тебе понадобится на разработку критериев для отбора участников?

— За день управлюсь. Но мне потребуется напарник, для обсуждения спорных вопросов.

— У тебя есть кандидат на примете?

— Конечно. Женя, как первоклассный специалист, отлично подойдет. Если он, конечно, не против.

Бывший подопечный хитро сощурился.

— Женя, ты согласен?

— Да, — не сразу и как будто через силу, но все-таки согласился он.

— Хорошо. Буду ждать от вас пробный тест на утверждение, и, Гера, сегодня же пришли мне все расшифрованные сведения. Строители, вы на трансляции? — дождался положительного ответа. — Сразу после собрания отправьте ко мне человека. Текстильный отдел, жду вас у себя утром. Рэй, — обратился к ведущему работнику детского центра, — загляни ко мне вечером. И на этой ноте, — повысив голос, Эн обратился ко всей планете. — На этой ноте наше внеочередное собрание объявляется закрытым. Отслеживать дальнейший ход и процесс организации эксперимента вы можете на моей личной странице, данные будут обновляться каждые полчаса. И напоследок, как всегда, напоминаю всем жителям планеты — люди! Берегите себя. Настройте ваши чипы на автоматическую подачу сигнала опасности. Будьте внимательны. Помогайте друг другу. Пройдите полное медицинское обследование. Оперативные группы — перейдите на экстренный режим. Сколько человек мы смогли бы спасти, если бы спасатели успели прилететь вовремя? Детский центр — включите в программу дополнительный курс лекций о правилах безопасности, социальные службы — запустите ролики о важности взаимопомощи. Остерегайтесь красных зон, не рискуйте понапрасну, озаботьтесь средствами самозащиты. Техники — проверьте все гравиталеты на безопасность. Медики — возведите центры в трудноступных местах. Генетики — постарайтесь сократить сроки тестирования. А вам — удачной разработки, — последние слова предназначались Гере и Жене. — Всем спасибо за внимание и удачи.

Эн утер капельки пота со лба и первым направился к краю поляны.

Глава 4
Про критерии отбора участников и криокамеры

— А что вы делаете? — спросил любопытный ребенок. Светленький, с контрастными глазами, наверняка выращенный в южном инкубаторе. Местный верховный генетик питал страсть к светлым людям.

— Это прелюдия, — пояснил разгоряченный психолог.

— А-а.

— Всем своим! Переходим в режим повышенной готовности! — громогласно говорил спасатель, поглаживая подвернувшегося партнера. Мощный человек, гора мышц, смазливое лицо. Мог бы отдать распоряжение и мысленно, но, наверное, ему нравилось привлекать внимание.

Другие разбредались по поляне, горячо обсуждая собрание; кто-то уже улетел.

А довольный Гера топтался рядом с Женей и не знал, с чего начать. Ему просто нравилось смотреть на генетика и эстетически наслаждаться, а еще больше нравилось чувство легкой растерянности, разливающееся внутри, совсем свежее, и оттого особенно яркое. Он испытывал его много раз, больше сотни точно, потому что в молодости был очень любвеобильный. Но годы шли, оно приходило все реже, а последние пол века и вовсе куда-то запропастилось. Забылись и предыдущие партнеры, потому что он предпочитал пользоваться памятью, данной природой, а не дополнительной искусственной. Человек десять Гера еще смог бы описать достаточно детально, а остальные — смутные, расплывчатые образы с обрывками имен. А Женя — что-то новое, необычное и угрюмое, притягательное. Замкнутое, и эту замкнутость всенепременно хотелось разомкнуть, чтобы узнать, что там прячется внутри.

Своего рода азарт. Это как покорить очередную вершину.

— Ну и? В жизни не поверю, что тебе на самом деле не с кем посоветоваться, — Женя сложил руки на груди и одарил его высокомерным взглядом. Таким на забавных зверушек обычно смотрят.

— И ты абсолютно прав!

— Ну и зачем тогда я тебе понадобился?

— Нельзя же быть таким недогадливым. Во-первых, я по тебе соскучился, а во-вторых, это прекрасный повод затащить тебя к себе. Официальный, так сказать, чтобы тебе сложнее было отказаться. Да и потом, я просто предложил, ты сам согласился, и какие ко мне могут быть претензии — не понимаю.

Тут Женя развел руками, наверное, не найдя, чем можно возразить.

— Да не бойся ты так, — снисходительно сказал Гера. — Это будет исключительно рабочий визит, по исключительно рабочим вопросам. Ничего личного. Но если ты передумал, то…

— С чего ты взял, что я испугался? То есть, — насмешливо приподнял одну бровь, — ты соскучился, и поэтому под нелепейшим предлогом на глазах у всей планеты заманил меня к себе, и называешь это «ничего личного»? И почему у тебя пульс зашкаливает?

— Ладно, твоя взяла. А про пульс ты откуда знаешь?

— Ген абсолютного слуха поврежден. Я слышу, что ты волнуешься.

Теперь руками развел Гера.

— Да не бойся ты так, — передразнивая, протянул Женя. — Я не кусаюсь. И учти, у меня сегодня единственный выходной, и мне совсем не хочется провести его на этой поляне. Шли координаты.