Прошли половину дороги и нас подхватили вернувшиеся за нами грузовики. Доехали до остановившейся в лесу колонны. Подошёл к сидящим на траве и, уже неспешно кушающим пленным – бывшим пленным. Кто то начал подниматься, но я показал жестом – сидите…

- Товарищи бойцы и командиры. У меня к вам просьба… Мы тут отлучимся ненадолго – повоюем немножко и вернёмся… А вы пока посидите тут – нас подождите… - добродушно пошутил я.

– И вот ещё что… Если вдруг кто то передумал – просьба не уходить тайком в темноту – вы нам можете сорвать операцию ! Вернёмся: кто передумал – может остаться: никаких мер к отказнику приниматься не будет… Осталась колонна; рота бойцов; полроты охраны и 1200 пленных. Бывших пленных. А нас ждал аэродром. Не ждал конечно, но куда ж он от нас денется ! И вновь: я вхожу в ворота аэродрома; уничтожаю по одному охрану у шлагбаума и в будке с рацией; возвращаюсь к пулемётчикам в окопе… Неслышными тенями ко мне подбегают бойцы моего личного взвода – лучшие из лучших ! Занимают позиции, а я иду внутрь. И неслышно подходя к часовым, работаю ножом. Опускаю тело и – к следующему: быстро, но не торопясь… За мной крадутся мои бойцы: если получится – они убирают часовых: внутри периметра часовые не в пример беспечнее… Дежурные зенитчики, пулемётчики… Вскоре охранный периметр зачищен и наступает очередь радиста и дежурной смены внутри здания, а затем – спящей охраны… Готово – сигнал нашему радисту – аэродром готов к приему гостей… По дороге – единственному не заминированному участку бегут бойцы одной роты, второй… начинается привычная суета: разгрузка-погрузка…

И подготовка самолётов к перегону: Барановичи – за линия фронта: наш подарок товарищу Сталину, чтоб не забывал нас ! Грузовиков на аэродроме не хватает под трофеи – придётся тем, кто посильнее и поздоровее, пройтись пешком до Барановичей, а там уже – я думаю, грузовиков найдётся достаточно, хотя… - трофеи с города и железки, прикидываю, возьмём очень приличные ! Впрочем что загадывать – война трофеи покажет… А уж мы постараемся не упустить…

Взлетают бомбардировщики и истребители, уходя на малых оборотах от города в сторону станции Лесная, чтобы там развернуться и пройти стороной от Барановичей: ни к чему там, раньше времени, знать что аэродром, в какой уже раз, вновь разгромлен… А на поле по хвостам и фюзеляжам прокатывается Т-34 с немецким крестом на броне – ничего не оставим фашистам ! А вот маленький одномоторный моноплан Хорьх я решил, всё таки, забрать себе – есть у меня на него виды ! Летчику дал полётную карту и точку, где он должен пересечься с колонной Рощина… А пока – сядет на одну неприметную полянку в лесу, с которой так же легко и взлетит… Всё – тут мы уже управились: нас ждёт спящий областной город. Пора поторопиться – скоро рассвет ! На своём кюбельвагене, с Бюссингом, грузовиком сопровождения с моим отделением, неспешно двинулись к спящему городу… На въезде остановились на посту; я вышел из машины: майор интендантской службы – тыловик, но очень влиятельный тыловик с кучей знакомых - с таким надо повежливее… Подошёл к проверяющему; обернулся к солдатам, глядящим на меня из пулемётного гнезда: какое-никакое развлечение после стольких часов бдения на посту… Вытянул руку в их сторону: с ладони сорвалось полкирпичика силы и накрыло пулемётный расчёт ! Из солдатской формы зевак, с тихим шорохом посыпался серый порошок; форма осела на дно пулемётного гнезда… Проверяющий ещё не успел удивиться, как осел, поддерживаемый мною на землю… А из кабины кюбельвагена рванулся к будке поста мой водитель – в ней спал старший смены…

Отмашка и от лесной кромки отделились направляющиеся в нашу сторону Бюссинги и грузовики с бойцами… Дальше – по проверенному сценарию: чего придумывать новое, когда старое хорошо работает ! Машины растекались по спящим улицам к намеченным целям, словно ручейки в половодье растекаются по земле… Встречающиеся патрули нейтрализовали просто: останавливались рядом; спрашивали что то конкретное, а когда солдаты объясняли – вырубали… По разному: кого насмерть, а кого – на время: уж как получится – приказ на этот счёт был простой: пленные нам не нужны…

Основные цели: казарма охранного батальона; грузовая станция; склады, административные здания… Я направился к казармам батальона: начало операции по готовности снайперов, поэтому все экипажи имели подробные карты целей и, переговариваясь по настроенной частоте, сверяли свои действия со снайперами… Мне синхронность не нужна: кюбельваген выкатился из проулка к казарме; я вышел из машины и метнул в сторону казармы сначала одну, а потом и вторую пару кирпичиков силы ! Расход огромен, а вот восполнение ? Заклубившаяся вокруг меня тёмная сила вылетевшая из казармы и с поста при входе улеглась во мне в виде кирпичиков – всего лишь двух… Убыточное мероприятие, но что делать ? Бойцы, тем временем, рванулись к оружейке, где дремал дежурный и в саму казарму: мало ли что ? В казарме – тишина: мёртвая тишина ! На кроватях, под простынями – серый порошок в форме человеческого тела… Бойцы, уже привыкшие к такому, пробежались вдоль кроватей, взмахивая простынями и развеивая серую субстанцию по казарме. Всё – дело сделано; поставить охрану к оружейке, просмотреть её на предмет трофеев, нужных нам: загрузить в грузовики… Остальное ? Без дела валяться не будет ! То там, то здесь вспыхивали выстрелы, звучали короткие очереди... Забухали зенитки Ганомагов ЗСУ; застрекотали пулемёты и автоматы; "залаяли очередями" пушки Бюссингов – пошла зачистка города ! А я, в это время, уже выезжал из города: тот же кюбельваген; два Бюссинга и грузовик с отделением моих бойцов… В десяти километрах от города на северо-запад расположен штатлаг: постоянный лагерь для пленных – Колдышево – три с половиной тысячи человек… Подъехали к воротам и не мудрствуя расстреляли и охрану и отдыхающих из пушек Бюссингов. Бойцы, выскочившие из грузовика, добили остальных ! Дальше – уже привычная схема: выстроил всех находящихся за колючей проволокой в несколько шеренг и озвучил своё предложение:

- Товарищи бойцы и командиры ! Подразделение специального назначения провело операцию по освобождению города от немецких захватчиков и освободило всех пленных. Я предлагаю тем, кто хочет драться с врагом и отомстить за поруганную часть, разорённые города и сёла, за вероломное нападение и проявленную жестокость – продолжить службу в моём подразделении… Мне нужны танкисты, артиллеристы, пулемётчики, летчики, водители, смелые и отважные бойцы и грамотные командиры… перечислял я перечень нужных мне специальностей. Из шеренги раздался возглас:

- А лётчики вам зачем ? Усмехнулся добродушно:

- Задающих вопросы я отношу к колеблющимся, сомневающимся - такие мне не нужны ! Лучше меньше, но лучше – сказал товарищ Сталин ! Выполнение приказов командиров в моём подразделение – беспрекословное ! Одно лишь могу сказать – выбравший службу у меня – не пожалеет ! Мне нужны только добровольцы ! Поэтому подумайте пару минут – больше дать не могу: вы и так на ногах еле держитесь… Кто решит – два шага вперёд ! Да – вот ещё что: я могу и не взять добровольца, если он мне не подходит… Принимайте решение – время пошло: две минуты. По истечении времени – можно уже не выходить… Специально, не торопясь, отогнул манжет маскировочного рукава – дал время осмыслить предложение… Наконец выкрикнул: Время пошло ! Из шеренги начали выходить добровольцы: сначала осторожно, по одному, а затем уже по несколько человек, проталкиваясь вперёд из задних рядов.

– Минута ! – выкрикнул я. Ручейки выходящих стали наполняться всё новыми и новыми добровольцами. – Осталось тридцать секунд ! Выходить стало ещё больше ! Проследил взглядом за секундной стрелкой, поднял глаза на выходящих, вскинул ладонь:

- Всё ! Время вышло ! Но бойцы всё продолжали выходить… Наконец вышел последний… Пошёл вдоль шеренги, задавая вопросы и отправляя кого то назад, в общий строй…

- Ну почему вы нас не берёте ?! – восклицали недовольно политруки, невоенные специальности, штабные…

- Не подходите… - отвечал коротко… Отобранных мною будущих спецназовцев мои бойцы отводили к импровизированным столам, на которых бойцы уже резали хлеб, открывали термоса с горячим сладким чаем; докладывали на хлеб полоски шоколада. Пленные подходили и дрожащими от волнения и истощения руками, брали еду…