Алана Инош


Аномалия-4, или Шоколадная Фея


Аннотация: Интересные встречи иногда случаются, казалось бы, в самый нелёгкий момент жизни. Даже если ты на костылях и с фингалом под глазом — не расслабляйся, будь во всеоружии! И не забудь о лёгком макияже.


Костыли постукивали по ступенькам супермаркета. Ульяна, поджимая ногу в гипсе, вскарабкалась на крыльцо, кое-как открыла дверь и вошла. Список покупок составлять нужды не было. Пакет молока, булка хлеба, сыр, кофе и шоколад — что тут запоминать?

Неприятности сыпались, как... Нет, «рог изобилия» — слишком избито. Скорее, как из какой-то адской коробочки, в которой сам чёрт хранил свои пакости. Сначала купила те проклятые туфли — «красивенькие», на точёном каблучке... Будь он неладен, этот каблучок. Из-за него, собственно, всё и приключилось, и по его милости её нога покоилась в гипсовом панцире. Кроме того, её уволили — а точнее, вынудили написать заявление по собственному желанию. Впрочем, по этому поводу Ульяна даже испытывала некоторое облегчение. Работа в компании «РосХренСвязьДурдом» уже настолько опостылела ей, что она и сама была рада от них наконец отделаться.

— Это дурдом!!! — триста раз в день орали в трубку абоненты.

— Да, это «РосХренСвязьДурдом», меня зовут Ульяна, чем я могу вам помочь? — служебно-улыбчиво отвечала она.

Над входом в центральный офис висел логотип компании — разноцветная загогулина в виде задницы, дабы клиентам сразу было ясно, через какое место будет осуществляться мобильная связь и интернет. Этой заднице все сотрудники обязаны были поклоняться в ежеутреннем ритуале, как священному тельцу, после чего получали традиционный ежеутренний нагоняй от начальства — для бодрости и тонуса; и не дай Бог слушать их орущее и брызжущее слюной величество с недостаточным почтением и подобострастием! Сразу штраф и лишение премии. Взбодрившийся и настроенный на рабочий лад этим благословением, каждый сотрудник шёл к своему веслу на галере... то есть, к рабочему месту. «РосХренСвязьДурдом — хрен вам, а не связь!» — таков был слоган компании.

Новое место она найти ещё не успела, а с деньгами при увольнении работодатель обманул — свою последнюю зарплату она так и не получила. Но ругаться и судиться, чтобы выцарапать свои кровные копеечки, не было ни моральных, ни физических сил. Между прочим, такого опытного специалиста, как она, была готова с руками оторвать конкурирующая компания — «Могильно-Тухлые Коммуникации», но... стоило ли менять шило на мыло? Условия труда там были абсолютно идентичны, лишь за незначительными отличиями: сотрудники перед рабочим днём совершали обряд поклонения белому перевёрнутому гробику на фоне чёрного прямоугольника, а Главный Инженер-некромант с помощью чёрной магии каждое утро воскрешал почившее в бозе оборудование и программное обеспечение. «Могильно-Тухлые Коммуникации — мы надёжно закопаем ваш интернет!»

А ещё на днях Ульяна умудрилась в потёмках налететь на дверь, заполучив в безраздельное владение великолепный баклажанно-фиолетовый синяк на пол-лица. Искры из её глаз, случись они поблизости от здания бывшей работы, могли бы запросто поджечь родную и любимую компанию (туда ей и дорога). Тысячи благодарных клиентов, несомненно, поставили бы ей памятник. Увы, искры пропали втуне, и теперь это издалека заметное украшение на её лице освещало как минимум половину торгового зала супермаркета.

Ближе всего оказались полки с шоколадом. Ульяна любила только горький, без наполнителей и добавок — под стать её длинным и гладким, прямым тёмно-каштановым волосам и карим глазам. Взяв плитку, она поднесла её к носу и вдохнула поднимающий настроение, праздничный, умиротворяющий аромат. Он всегда её успокаивал.

Яркая наклейка с надписью бросилась ей в глаза.

«Шоколадная Фея дарит подарки! Найди купон внутри обёртки, отправь на указанный номер свою фотографию в купальнике и участвуй в розыгрыше призов! Главный приз — романтическая поездка на двоих на Бали!»

Ульяна хмыкнула. Ага, фея-крёстная с волшебной палочкой... Ещё бы фото «без верха» попросили прислать. Лохотронщики.

Плитку она бросила в тележку, которую кое-как, толчками, катила перед собой. Рядом сотрудники супермаркета раскладывали по полкам товар, ходили мимо покупатели — никто не предлагал помощь, все отводили глаза.

За пакетом молока ей нужно было нагнуться, но костыли не позволяли. Пришлось взять с полки то, что поближе — и, увы, подороже. Когда Ульяна неловко поворачивала свою тележку в сторону отдела кофе и чая, произошло столкновение: высокая девушка с большими светло-серыми глазами и короткой, но пышной и волнистой шапочкой пепельно-русых волос зацепила её своей тележкой. Одетая в тёмный джемпер и серые джинсы незнакомка двигалась торопливым, размашистым и широким шагом, и её длинные ноги в кедах ступали мягко и бесшумно.

— Ох, простите! — воскликнула она. — Извините, пожалуйста.

— Да ничего, — пробормотала Ульяна.

Прекрасная незнакомка извинялась так искренне, таким живым участием наполнился её светлый взгляд, что в глубине души Ульяны что-то приятно, волнующе ёкнуло. Будучи сама миниатюрной и хрупкой, к людям высокого роста она питала особую симпатию и восхищение. Кончики изящно взбитых, холодно-пепельных прядей, на пару тонов светлее остальных волос, серебрились, будто инеем схваченные; эта стрижка напоминала причёску принцессы Дианы. Энергичная, волевая линия подбородка, чувственные губы, длинная шея и большие, ухоженные руки с голубыми жилками под белой кожей. Красивые пальцы с короткими, аккуратными ногтями овальной формы...

— Разрешите вам помочь, — вызвалась сероглазая девушка. — Вам, наверно, неудобно? Вы скажите, что вам нужно, а я сложу всё в тележку и отвезу на кассу.

— Да что вы, не беспокойтесь, — из вежливости начала отказываться Ульяна. — Всё нормально, я справлюсь.

А её внутренний голос, хлопнув ладонью по лицу, простонал: «Ты только что страдала, что вокруг одни равнодушные сволочи. Тебе предлагают помощь. И?.. Офигенная логика».

Незнакомка улыбнулась, и на её щеках проступили чарующие ямочки.

— Мне вовсе не трудно. Давайте-ка переложим ваши покупки в мою тележку, так будет проще — чтоб с двумя не возиться.

Внутренний голос показал незнакомке поднятый большой палец, а Ульяне постучал по лбу. Когда она снова открыла рот, чтобы забормотать что-то вроде «да что вы, не нужно, оставьте», этот умник молча двинул по костылю, и тот брякнулся на белые плитки пола.

— Вот, возьмите! — И сероглазая девушка, подняв костыль, вернула его владелице.

Они вернулись в молочный отдел за сыром, потом перешли к хлебным полкам. Параллельно незнакомка брала товары и для себя.

— У вас всё? — дружелюбно поинтересовалась она. — Может, фруктов каких-нибудь возьмёте? Витаминчики для скорейшего выздоровления...

— Нет, спасибо, — суховато улыбнулась Ульяна.

С деньгами у неё сейчас было туго. Подумав, она добавила к своим покупкам пару пачек самого дешёвого «геркулеса».

— Тоже, пожалуй, шоколад возьму, — сказала незнакомка, обратив внимание на плитку Ульяны.

Она выбрала белый, который Ульяна и за шоколад-то не считала. Не шоколад, а извращение какое-то. Впрочем, своё мнение Ульяна оставила при себе.

— Ну что, всё? — вопросительно улыбнулась сероглазая девушка. — Точно больше ничего не надо?

Ульяна покачала головой, и они двинулись в сторону кассы.

В очереди Ульяна ловила себя на том, что не может отвести глаз от обтянутых облегающими джинсами великолепных ног девушки. Внутренний голос опять показывал большой палец, а к щекам приливал шаловливо-лёгкий, весенний жар. «Отличный цвет лица, — съязвил голос. — Фиолетовый и розовый — чудесное сочетание!»

Кассир по ошибке начала пробивать им товары вместе, что привело к небольшой заминке — пришлось переделывать.

— Что ж вы сразу-то не сказали, что вам отдельные чеки! — ворчала она.

Ульяна, очнувшись от задумчивости, растерянно посмотрела на сероглазую незнакомку. Та ответила ей улыбчивыми ямочками.

Они рассчитались. Девушка придержала для Ульяны дверь и заботливо предложила:

— Я на машине. Может, вас подвезти?

— Нет, спасибо, я рядом живу, — решительно отказалась Ульяна.

Внутренний голос опять сделал «рука-лицо» — ещё яростнее прежнего.

— Спасибо вам большое ещё раз.

По дороге Ульяну с каждым шагом накрывала пронзительная грусть. Дома её ждала пустота и неопределённость. Пустая квартира, почти пустой кошелёк и гулкое, как комната без мебели, сердце. Шрам от расставания уже давно подёрнулся холодным туманом — три года тому назад. Наташа тоже была высокой — на целую голову выше Ульяны.