Т.Л. Смит
ЧЕРНЫЙ
Серия: Черный #1 (1 и 2 про одних героев, 3 про других)


Переводчики: Eli Black, Александрина Царёва

Сверщик: Александрина Царёва

Редактор: Таня П.

Вычитка и оформление: Натали И.

Обложка:Eli Black

ВНИМАНИЕ! Копирование без разрешения, а также указания группы и переводчиков запрещено!

Специально для группы:K.N ★ Переводы книг

(https://vk.com/kn_books)


ВНИМАНИЕ!

Копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков запрещено!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Пролог
Блэк

Она просто сидела и увлеченно обрывала лепестки цветка. Мне это показалось странным. Какая шестнадцатилетняя девчонка станет сидеть в пыли и обрывать лепестки цветов? Так странно наблюдать за ней: длинные светлые волосы, достигающие талии, вымытые и расчесанные, одежда чистая, кроме передней части брюк, так как она стоит на коленях в пыли. Я видел, как шевелятся ее губы. Она считала или произносила что-то, что я не мог понять, да у меня и не было времени сидеть и наблюдать за ней. Мне нужно было кое-куда попасть и кое-что сделать. Но когда поздним вечером я шел через парк и увидел как она, сгорбившись, сидит там, конечно же, мне стало любопытно, в чем дело. Уже довольно поздно — небо черное, без единого облачка. Уверен, что дождь может пойти в любую минуту. Я чувствовал его приближение в воздухе, но она, видимо, ничего не замечала. Какая необычная девушка.

Я бросил в ее сторону один последний взгляд — в свете фонаря в парке она напоминала ангела. Пнув камень, попавшийся под ноги, я развернулся в противоположную сторону и пошел вперед.

— Стой! — окликнул меня голос. Я остановился. Голос напоминал бархат, такой нежный и успокаивающий. Я порывался поставить одну ногу впереди другой, заставить себя сделать еще один шаг и проигнорировать ее или то, что она хочет сказать. Но понял, что не могу. Меня тянуло к ней, и это так странно. Я видел ее раньше — у нас с ней общие уроки в школе. Я бы не ходил туда, но обязан посещать определенное количество занятий, иначе в дело вмешаются власти. Она сидит с крутыми ребятами, с теми, у которых есть деньги и дорогие машины, с ребятами старше нее. Уверен, что она моего возраста. На занятиях — а у нас с ней почти все предметы общие — она вечно сидит в очках, погрузившись в свои мысли.

Я развернулся. Просто должен был сделать это и увидел, что теперь она стоит и смотрит на меня. Вряд ли она хорошо видела меня, ведь свет фонаря на меня не попадал. Ее светлые волосы такие длинные, что почти достигали бедер, а брючки грязные. Она выглядела иначе, как будто ей больно. На ее лице отражалось так много эмоций.

Она сделала два шага, приближаясь ко мне. Приближаясь к опасности. Затем остановилась и прищурилась, словно пыталась получше разглядеть меня, но у нее не получалось.

— Ты когда-нибудь любил кого-нибудь так сильно, что любая мысль об этом человеке причиняла тебе боль? — спросила она тихо. Я склонил голову набок. Зачем ей спрашивать меня об этом? Она не знает меня. Но вот она стоит и ждет от меня ответа. Но мне нечего сказать ей в ответ — я не могу, не в состоянии, не хочу.

Она снова двинулась ко мне, и чем ближе подходила, тем медленнее становились ее шаги. Подойдя вплотную, она подняла голову и посмотрела на меня: ее лицо казалось темным на фоне ночного неба, но почему-то я видел его очень четко, когда она стояла прямо передо мной. Она потянулась к моей руке, переплела наши пальцы и внезапно сорвалась с места, потянув меня за собой. Я не стал останавливать ее… не мог, не хотел.

Она прибежала к утесу, где я уже бывал раньше. Но, посмотрев вниз, я не увидел ничего, кроме черноты. Вода была необычного зеленого цвета — никому еще не удалось дотянуться до дна этого омута. Поговаривают, что здесь исчезают машины, иногда даже люди, но никто не знает наверняка и никто не может достичь мутных глубин. По сути, это просто зеленый колодец. Летом сюда частенько приезжают желающие попрыгать в воду с высоты. Но спрыгнув и нырнув, тяжело выбраться обратно. Приходится искать уступ, за который можно зацепиться и вылезти из воды, и только потом вскарабкаться по отвесной скале.

Я смотрел на нее и гадал, что мы здесь делаем. Ни я, ни она не произнесли еще ни слова с тех пор, как прибежали сюда. Она стянула свои грязные брюки вниз, и они упали на землю, а затем сняла майку. Ее длинные волосы скрывали ее, но я все же разглядел очертания ее тела.

— Искупаешься со мной? — спросила она, глядя на меня. Я задумался над ее предложением: я все равно уже здесь, так почему бы и нет? Но затем меня охватили сомнения. Я вспомнил, что мне следует быть в другом месте и что мне светит хорошая взбучка, если я там не появлюсь. Потом решил, к черту. Купание с ней стоит любой взбучки. Я сбросил джинсы и остался в боксерах, швырнул футболку на кучу ее одежды и снова посмотрел на нее. Она наблюдала за мной и мне это понравилось. Девчонка снова схватила меня за руку, переплела наши пальцы и начала отсчет.

— Раз, — выдохнула она. — Дождаться не могу, когда смогу сбежать из этого места.

— Два, — она снова вздохнула. — Хочу, чтобы меня любили, — я наблюдал за ней со всевозрастающим интересом. Она такая необычная. Она посмотрела на меня, и я увидел, как по ее щеке катится одинокая слеза. Такая одинокая. Она кивнула мне, предлагая закончить отсчет и озвучить свое желание, но я не знал, что сказать. Я напряг мысли, но в голову так ничего и не пришло.

— Три, — в итоге выдал я, а она сжала мою ладонь. — Хочу, чтобы меня больше не били.

И мы прыгнули.

Вода оказалась такой холодной, что по спине у меня забегали мурашки. Наши руки разъединились, когда мы коснулись воды. Я вынырнул первым, но нигде ее не увидел. Я отчаянно озирался вокруг. Не могла же она утонуть. Она ведь умеет плавать, да? Внезапно она обхватила меня за шею руками и потянула вниз. Она рассмеялась возле моего уха, когда ей не удалось утащить меня слишком глубоко. Ее смех — самое красивое, что я когда-либо слышал в своей жизни. Мне хотелось услышать его еще раз, хотелось слышать его постоянно.

— Ты мне нравишься, — прошептала она, и я сразу же задался вопросом почему. Как такой красивой девушке могу нравиться я? Все в школе ненавидят меня, люди меня побаиваются. Со мной никто не разговаривает, все всегда стараются отводить взгляд в сторону. Тем не менее, она здесь, приклеилась к моей спине и смеется мне в ухо.

— Ты ведь знаешь, кто я? — спросил я, а затем начал плавать. Она прижалась к моей спине, обвила ногами мою талию и смеялась всякий раз, когда я нырял и выныривал вместе с ней на спине. Мне удалось развернуть ее так, чтобы мы оказались лицом к лицу. Она смотрела на меня, и мне удалось разглядеть синеву в ее глазах, а на лице у нее играла широкая улыбка. Я приподнял ее как можно выше и швырнул спиной в воду. Смеясь, она вынырнула, подплыла ко мне и снова прицепилась к моей спине, обвив ногами талию. Я плавал кругами, выматывая себя, а она что-то безмятежно напевала. Мне в ней это понравилось.

— Мне пора домой, уже поздно, — сказала она и, лежа на спине, уплыла в сторону скалы, где нашла выступ и быстро вскарабкалась наверх. Она быстро оделась, но прежде чем исчезнуть из виду, крикнула мне:

— Приходи завтра в школу, — а затем исчезла.


* * *

На следующий день мое лицо было не так сильно покрыто синяками, как обычно. Накануне вечером я все же сделал свою работу, но было уже слишком поздно, поэтому меня все же избили: я получил синяк под глазом и мне, скорее всего, сломали ребро, но все равно я собрался идти в школу. Когда я пришел, она сидела с очками на носу на крыльце, уткнувшись в книгу. Мне хотелось похлопать ее по плечу, сообщая, что я здесь. Но затем я передумал и просто прошел мимо нее. Но она заметила меня, выбросила вперед руку и схватила меня за лодыжку. Моим первым инстинктом было ударом отбросить ее руку, но я не хотел рисковать и причинять ей боль. Она оторвалась от своей книги и посмотрела на меня, и в тот день ее глаза напоминали темно-синее грозовое небо. Она улыбнулась и встала.

— У нас у обоих математика, — сообщила она, вручила мне свою сумку, а сама снова склонила голову и углубилась в чтение. Я забросил ее сумку на плечо, и мы пошли на наш первый урок, а по пути на нас удивленно оглядывались.