Их действительно оказалось двенадцать. Впереди на высоком вороном жеребце ехал Лу Фриско, и по выражению его лица было ясно, что лицезреть меня он не очень-то рад. Остальные, по виду простые ковбои, но ребята крепкие, жжёные, смотрели на меня не менее радушно. Двоих я уже встречал в салуне Гарри Потера, лица остальных были незнакомы. Или знакомы? Да, кажется, вон того с густой рыжей шевелюрой я где-то видел… не помню где.

Каждый был вооружён так, словно вышел на охоту на гризли, причём на старого, мудрого и с больным зубом. Как-то мне удалось встретиться с таким на узкой тропинке. Хорошо Сюзанка успела развернуться и дать дёру. В тот раз, думаю, мы побили с ней все рекорды по скорости, иначе гризли пришлось бы устраивать званный ужин. В одиночку бы он нас не переварил.

Ребята Фриско взяли меня в полукольцо, и мне это не понравилось. Когда кто-то вот так тебя обходит, значит на уме у него всякие нехорошие мысли. Например, из чего ты сделан или как глубоко ты мечтаешь быть похороненным. Я не показал вида, что разгадал их замыслы, но затвор винчестера передёрнул.

А это уже не понравилось им. Не знаю чего они там себе навыдумывали, быть может, что я начну напрашиваться к ним в друзья, однако оружие их лежало в кобуре — и сейчас они об этом пожалели.

— Когда мне сказали, что ты тут поселился, я не поверил, — заговорил Фриско, натягивая поводья. — Теперь, вижу, правда.

По природе своей я человек очень чувствительный и крайне болезненно отношусь ко всякого рода неприязненным интонациям в голосе собеседника — они меня расстраивают — и именно такие интонации почудились мне в голосе Лу. Поэтому ответил я в том же духе.

— Вас, господа, никто в гости не звал, так что проваливайте, пока я сердиться не начал! Я тут по пальцу молотком попал и настроение у меня скверное!

Кто-то из ковбоев захихикал, а Фриско вздрогнул, будто кнутом по спине схлопотал.

— Это моя земля! — раздувая ноздри, заявил он. — Убирайся отсюда!

— Да что ты говоришь? — изображая удивлённую невинность, воскликнул я. — Что-то я не вижу тут вывески с твоим именем. А может, ты пострелять хочешь? Так я не против, давай!

Он тоже был не против, это я понял по его газам. Численное превосходство было не в мою пользу, однако мой винчестер смотрел точнёхонько на вторую пуговицу его рубашки, а пули сорок пятого калибра оставляют весьма заметные дырки. Ни одна швея потом не заштопает.

— Босс, ты только шепни, мы его махом свинцом нашпигуем, — сказал рыжий. Ох уж мне эти рыжие, всюду-то они суются.

— Давайте, ребята, — кивнул я и похлопал ладонью по прикладу. — У меня тут шестнадцать зарядов, так что каждому хватит. Даже останется.

Зря я это сказал. Если они возьмутся за дело всерьёз, то Джо придётся закопать меня где-нибудь под деревом и написать, что жил, мол, такой-то, никому не мешал. Хотя… писать он вряд ли станет, он неграмотный, так что лежать мне в безымянной могилке — без креста, без покаяния… Но браться за меня всерьёз они не стали. Винчестер — хороший аргумент, и кроме моей могилки Джо пришлось бы копать ещё пару-тройку, а никому из них рядом со мной лежать не хотелось. Особенно Фриско. Они думали на испуг меня взять, а я взял да не испугался. Теперь они не знали, что делать.

— Ладно, мы уходим, — скрипнув зубами, сказал Фриско. А что им ещё оставалось? Не сидеть же возле меня под прицелом винчестера?

— Скатертью дорога, — откликнулся я. — Если кто-то из вас, ребята, научится свинец переваривать, так милости прошу. Я здесь часто бываю.

— Мы вернёмся, — пообещал рыжий. — Мы вернёмся, когда ты не будешь этого ждать.

Они развернули коней и помчались обратно тем же аллюром, каким приехали, а я смотрел им вслед и думал, что эти обязательно вернуться. Команда на «Ти-Бар» подобралась крутая, Лу Фриско абы кого к себе не брал. В большинстве своём это были хорошие люди, но работа на ранчо накладывает на ковбоя некоторые обязанности, и одна из них — блюсти интересы хозяина. Если Лу Фриско сказал, что эта земля его, значит, они пойдут и выгонят отсюда кого угодно. Даже президента наших соединённых штатов. Только вот я сильно сомневался, что Тёща Бизона принадлежит «Ти-Бар». Ранчо Фриско находилось много южнее, по ту сторону города, и претендовать на эти земли он не мог. Вот Дэн Макклайн другое дело, но он-то своих людей ко мне не прислал. Почему бы так?..

Слева от меня ярдах в тридцати возникла плотная фигура Джо. Он тоже смотрел вслед ковбоям с «Ти-Бар», прижимая к бедру старенький однозарядный шарп. Я мог поклясться, что ещё секунду назад его здесь не было, но на счёт индейцев никогда и ни в чём нельзя быть уверенным. Эти черти могут курить трубку в двух шагах от тебя, а ты даже не почувствуешь запаха табачного дыма. Впервые я понял это, когда воевал с апачами в Нью-Мексико. Тогда мы потеряли половину отряда только из-за того, что не удосужились внимательней смотреть по сторонам.

— Ты что здесь делаешь?

— Моя видать пыль, моя приходить.

Ну ещё бы, неужели этот старый воин откажется от возможности приобрести парочку свежих скальпов. Интересно, а сколько их у него вообще?

* * *

На следующий день я оседлал Сюзанку и направился на ранчо Дэна Макклайна. Дэн Макклайн слыл человеком жёстким, но справедливым, в чём я уже успел убедиться. Мистер Паттерсон в случае нужды советовал обращаться именно к нему. Стычка с Лу Фриско меня сильно расстроила. Я никак не думал, что из-за ранчо у меня так быстро могут возникнуть проблемы, но они возникли и мне срочно нужен был добрый совет. Однако главная причина моего визита к Макклайну всё же заключалась не в разногласиях с ковбоями с «Ти-Бар» и не в их угрозах. Любому даже самому маленькому хозяйству требуется скот, и я собирался приобрести его у Макклайна. Надеюсь, он мне его продаст.

Ранчо «Биг-Эн» находилось в двенадцати милях к юго-западу от моего, возле ручья Сломанной Сосны. Дорогу туда я ещё не успел протоптать, а до меня никто не догадался этого сделать, так что я двинулся прямо по целине, напрямую. Если кто-то думает, что равнины Дальнего Запада это ровная гладкая, словно доска, земля, то он жестоко ошибается. На самом деле равнина — это изломанное холмами и глубокими оврагами пространство, местами заросшие непроходимым колючим кустарником и соснами. Встречаются и другие деревья, но это скорее исключение, лишь подтверждающее правило. Воды здесь мало и вся жизнь сосредотачивается вдоль ручьёв, небольших озёр и родников. Без воды скот не будет набирать вес, потому что в поисках источников он забывает о еде и в результате сильно худеет, а худой скот это прямое разорение. Так что если ты владеешь водой, значит ты царь, бог и мишень для тех, кто этой водой не владеет. А желающих завладеть ей, поверьте, очень много. Лу Фриско, наверное, по этой причине и напал на меня. Вернее, пытался напасть.

К ранчо «Биг-Эн» я подъехал, когда солнце зависло высоко над головой и принялось нещадно жечь мои плечи. Дом у Макклайна был далеко не ровня моему — двухэтажный, с широкой покатой крышей и пристроем. Прямо за домом располагались коррали и несколько длинных приземистых строений: амбары и зимние конюшни. Дэн Макклайн строился широко, со знанием дела и надолго, но не это было удивительно. Справа от дома я увидел несколько фруктовых деревьев — яблоньки и груши. В этих местах фрукты обычно встречаются либо в сушёном, либо в консервированном виде, а свежие только во сне снятся. Но спелое сочное яблочко, согласитесь, вкуснее порезанного на куски и засушенного в печке, вдобавок оно приятно согревает душу и делает тебя чуточку счастливее.

Из трубы над пристроем поднимался сизый дымок, значит, повар готовил обед. Пахло картофельным супом и пирожками, может быть даже с фруктами из сада. Я остановил Сюзанку возле раскрытой двери и принюхался. Я был страшно голоден, дорога и тряска в седле только усиливают аппетит, и я вовсю наслаждался запахами из кухни.

За этим деянием и застала меня Ленни Макклайн. Она вышла на веранду, приникла плечиком к резному столбу и принялась наблюдать за мной.

— Кого-то ищите, мистер Челентано? — услышал я её бархатный голос.

Мы обернулись. Мы — это я и моя Сюзанка. Мы всегда вместе оборачиваемся, если кто-нибудь окликает нас со спины. Жуть как волнуемся, когда нас застают врасплох.

— Добрый день, мисс Макклайн, — поздоровался я, демонстрируя своё воспитание. — Вот, заехал по-соседски в гости. Познакомиться, так сказать, поближе.

Вообще-то, в общении с женщинами я не очень силён: теряюсь, смущаюсь и всё такое прочее. Я и с Сюзанкой общий язык нахожу с трудом, а тут настоящая живая леди! Но если дело не касалось межличностных отношений, то я был, что называется, на коне. Хотя говорить с Ленни Макклайн и не думать о других отношениях было тяжело.