Маринка рассеянно кивнула и прикинула, сколько человек стояло и сидело в коридоре. Если каждый зайдёт хотя бы на двадцать минут, то сидеть тут было без толку – всё равно до вечера её очередь не подойдёт. В это время дверь приёмной открылась, и в коридор вышел невысокий полный мужчина.

- Ну как? – стоявшие ближе к двери обступили его.

- Никак! – мужчина тяжело отдувался и вытирал лоб платком, – Ещё один бюрократ. Я ему говорю – мне положено! А он – вот по закону выходит… Да при чём тут закон, если мне положено!

- Следующий! – позвали из приёмной. Сварливая тётка недовольно отпихнула всех от двери и решительно вошла в кабинет. Маринка глянула на часы, чтобы засечь время. Дверь приёмной снова отворилась, и в коридор вышел высокий нескладный мужчина в деловом костюме. Стоявшие у двери замолчали и почтительно расступились. Высокий мужчина зашагал по коридору, глядя поверх голов. Когда он проходил мимо Маринки, она вгляделась в его лицо - кого-то он ей напомнил. Ну точно – это же бывший директор их авиазавода! Маринка глянула на его спину, и в памяти всплыла фамилия – Руднев. Точно – его зовут Руднев Евгений Александрович. Ещё во времена работы на заводе Маринка несколько раз разговаривала с ним. А потом он куда-то делся, и на заводе появился новый директор. До Маринки доходили слухи о рейдерском захвате и прочих махинациях. Дела на заводе пошли хуже, и вскоре она оттуда уволилась – её как раз сманили в ТСЖ.

Вскоре на лестнице раздались шаги, и в коридор вышел Руднев. Он нёс в руках бутылку минеральной воды.

- Здравствуйте, Евгений Александрович! – окликнула его Маринка. Руднев остановился и уставился на Маринку. Наконец его взгляд стал менее рассеянным:

- Здравствуйте! Вы, кажется, работали у меня на заводе?

- Да, в отделе АСУ, – обрадовалась Маринка.

- А здесь вы что делаете?

- Я приехала на приём к депутату, – она помахала папкой с бумагами.

- К Сергею Михайловичу?

Маринка кивнула.

- Пойдёмте, а то вы здесь до вечера проторчите, – Руднев зашагал по коридору к двери приёмной. Маринка несмело двинулась за ним. Очередь недовольно зашумела.

- Это со мной! – не оборачиваясь, строго сказал Руднев и открыл дверь приёмной.

- Вот блатная! – послышалось из глубины коридора.

- Не обращайте внимания, – сказал Руднев Маринке, пропуская её в кабинет.

- Здрасьте, – войдя, робко поздоровалась Маринка. Сергей Михайлович сидел за столом в белой рубашке с коротким рукавом. Он никак не отреагировал на её появление, в отличие от сварливой тётки, сидевшей напротив него. Она запнулась на полуслове и удивлённо уставилась на Маринку. Черенков ровным голосом произнёс, обращаясь к тётке:

- Я понял вашу просьбу. Мы разберёмся в вашей ситуации. Оставляйте ваше письмо, в установленный срок вы получите ответ.

Руднев подтолкнул Маринку к стульям, стоявшим у окна, а сам поставил бутылку минералки на стол. Сварливая тётка наконец отвела удивлённый взгляд от Маринки и снова повернулась к Черенкову:

- Какое письмо? Я же вам всё уже объяснила!

Черенков устало вздохнул:

- Евгений Александрович, запишите в журнал.

Руднев сел за соседний стол, придвинул к себе большой журнал и обратился к тётке:

- Скажите свои координаты.

Черенков тем временем взял бутылку с минералкой и откинулся в кресле. Маринка стала осторожно разглядывать его. В жизни он выглядел более пожилым и добродушным, чем на фото в Интернете. Коренастая фигура, короткая стрижка, широкое лицо, небольшая родинка на левой щеке. Черенков отхлебнул воды и с любопытством посмотрел на Маринку. Руднев закончил записывать за тёткой:

- Я с вами свяжусь. Всего доброго!

Тётка неуверенно поднялась со стула и ещё раз обернулась на Маринку.

- До свидания! – сказал тётке Черенков, давая понять, что разговор закончен. Оглядываясь, тётка вышла в коридор и попыталась закрыть за собой дверь, но в кабинет уже пытался прорваться следующий посетитель.

- Подождите пока, я вызову, – повысил голос Руднев и повернулся к Черенкову, кивая на Маринку, - Это моя бывшая сотрудница, работала у меня на заводе.

Черенков жестом показал ей на стул перед своим столом и слегка улыбнулся.

- Я приехала по поручению профсоюзной организации работников поликлиники, – Маринка протянула письмо. Это хорошо, что она догадалась его напечатать! Черенков быстро пробежал глазами текст:

- А Ветрова – это вы?

Маринка кивнула.

- Евгений Александрович, зарегистрируй, пожалуйста, – Черенков протянул письмо Рудневу и снова повернулся к Маринке,- Вы в поликлинике работаете?

- Нет, я заместитель председателя ТСЖ, – стушевалась Маринка, – В поликлинике у меня подруга работает, это она меня попросила…

- То есть с завода вы ушли? – продолжил расспрашивать Черенков, с интересом глядя на неё.

- Да, когда руководство сменилось, – Маринка покосилась на Руднева.

- И сейчас занимаетесь общественной работой? – скорее констатировал, чем спросил, Черенков. Маринка недоумённо кивнула.

- Вас как зовут? – интонации у него стали решительными.

- Марина.

- Так вот, Марина, – торжественно объявил Черенков, – Сейчас организуется всероссийское общественное движение «Провинциальная Россия». Задачи движения – выявление проблем в регионах и поиск их решения, привлечение новых людей в общественную деятельность и в политику. В недалёкой перспективе – преобразование в политическую партию и участие в думских и президентских выборах. Я являюсь одним из сопредседателей движения, а Евгений Александрович – председателем регионального отделения. Сейчас идёт подготовка к официальной регистрации регионального отделения, и для работы в исполкоме нужны люди. Я вижу, что у вас есть опыт общественной деятельности, и поэтому я хочу пригласить вас с нами поработать. А конкретно – под началом Евгения Александровича, тем более что вы с ним давно знакомы. Марина, что вы на это скажете?

Маринка в изумлении уставилась на него. Такого поворота событий она никак не ожидала.

- Это немного неожиданно. Я должна подумать.

- Конечно же! – Черенков улыбнулся. Похоже, это был именно тот ответ, который он и ждал. Он достал из стола небольшой буклет, – Вот возьмите. Тут кратко рассказывается о нашем движении. Там в конце есть телефоны. Это номера вот этой приёмной, если надумаете – звоните, вам ответит Евгений Александрович. Я надеюсь, что вы согласитесь. Ну а заодно получите ответ на ваше обращение.

- Ну тогда я пойду? – Маринка неуверенно поднялась со стула.

- Всего доброго! – ещё раз улыбнулся Сергей Михайлович. Руднев поднялся и проводил её до двери.

- До свидания! – попрощалась с ним Маринка. Руднев кивнул ей в ответ и неожиданно подмигнул. Когда она вышла в коридор, посетители перестали шушукаться и уважительно расступились перед ней, как недавно перед Рудневым.


1.8.


- Чего так долго? – недовольно встретит её Сашка.

- Это ещё недолго! – Маринка уселась в машину и стала рассказывать о своем визите к депутату. Сашка слушал и внимательно рассматривал буклет, который ей дал Черенков.

- Ты смотри, в какую компанию ты затесалась! – вдруг перебил он её и протянул буклет. Маринка в недоумении взяла его – она ещё не успела посмотреть. На передней обложке была эмблема движения – горизонтальный овал, в котором на фоне триколора была надпись «Провинциальная Россия».

- Ты с другой стороны посмотри!

На обратной стороне были три фотографии и заголовок «Сопредседатели движения». На первой фото был изображён Сергей Михайлович Черенков. На второй – какой-то мужчина с внешностью типичного научного работника. Под ней была подпись: «Иван Владимирович Долотов». Кто это такой – Маринка понятия не имела. А вот третью фотографию можно было бы и не подписывать – о Льве Абрамовиче Осинском говорили почти в каждом телевизионном выпуске новостей.

- Ну нифига себе! – поразилась Маринка. Такого поворота событий она и подавно не ожидала, – А они меня к себе на работу зазывают!

- Куда на работу? – пришла Сашкина очередь удивляться.

- Вот сюда! – Маринка ткнула пальцем в буклет, – Ты ведь меня даже не дослушал!

Она кратко пересказала предложение Черенкова. Сашка пришёл в буйный восторг:

- Маринка, ты теперь практически в большой политике! Это тебе не правление ТСЖ! А может, тебя тоже в какие-нибудь депутаты пропихнут? А главное – в политике все деньги и вертятся! Осинский – он ведь миллиардер! Конечно же, соглашайся!

- Ты телевизор-то смотришь? – Маринка не разделяла его восторгов, – Против Осинского уголовное дело возбуждено, и не одно. Поэтому он в Швейцарию и сбежал.