— Спасибо, — крикнула ей и вышла из комнаты.

В академии стояла тишина, даже во дворе никто не встретился. В глаза ударил солнечный свет, который, отражаясь от снега, становился ярче. Приходилось постоянно щуриться, потому что глаза слепило. В городе тоже было немного прохожих. Если адепты разошлись вчера сразу после полуночи, то городские жители праздновали до утра. Мне предстояла долгая пешая прогулка, разумеется, я могла бы нанять экипаж и добраться до дома Ростика, где планировалась встреча, быстрее, но решила прогуляться. Наслаждалась городской тишиной, свежестью морозного воздуха и ясной погодой. Настроение было замечательным. Прогулка затянулась почти на час. Ростик, как и Яр, жил в квартире недалеко от места работы. Они работали в отделе по предотвращению стихийных бедствий. Один по стихийным бедствиям, связанным с водой, другой — с воздухом. Но жили в разных районах города недалеко от центра. К Ростику идти было ближе, поэтому мы и решили собраться сегодня у него.

Зайдя в нужный мне дом, поднялась на второй этаж и постучала в дверь. Ответом мне была тишина. Стучать пришлось долго, и я была уже зла на этих двух оболтусов, которые, судя по всему, забыли о встрече. Я была готова обидеться и уйти, но в этот момент дверь, наконец, отворилась. Передо мною предстал сонный, помятый Ростик, которого слегка пошатывало.

— Это что за безобразие? — ткнула пальцем в его грудь.

— Ууу, — он схватился за голову, — сестрёнка, милая, только не кричи сейчас. Вот вылечи своих бестолковых братьев от похмелья, а потом можешь распинать, — он втащил меня в комнату и закрыл двери.

— Яромир тоже у тебя?

— Ага, он даже не проснулся. Мы тут вчера с коллегами новый год отмечали, — он застонал и схватился за голову.

— Веренейка, не дай нам умереть, — посмотрел на меня несчастными глазами.

— Где моя любимая ведьма? — прозвучал хриплый голос из соседней комнаты. — Веренеечка, мы тебя так любим, так ждали. Принеси, пожалуйста, водички умирающему от жажды брату.

— И за что мне это? — ни к кому не обращаясь, спросила я.

— Ты же у нас самая замечательная и чуткая сестра, — начал Ростик.

— Помолчи, прошу тебя. Сейчас я всё сделаю, а ты пока открой окна. У вас дышать нечем. Ужас.

Скинула пальто, бросила подарки и прошла в кухню. У парней всегда был запас трав на всякий случай. Я собиралась сварить восстанавливающее зелье, но прежде принесла им по стакану воды, которые они выхлебали в ту же секунду. А после разразились тирадами на тему того, как им повезло со мной. Паразиты. Знают, что я не могу долго на них злиться. Через половину часа эти двое сидели с блаженными лицами и хлебали зелье с отвратным вкусом. Но действовало оно мгновенно. Зелёные лица приобретали нормальный цвет, а замутнённые взгляды — ясность.

— Ты наша волшебница, — сделав очередной глоток, сказал Яр.

— Вы, вообще-то, поросята! — решила, что пришло время возмутиться их поведением. — Мы же договаривались, а вы напились. Вам не стыдно?

— Стыдно, — покаянно вздохнул Ростик. Опустил голову и хитро поглядывал на меня. — Очень-очень стыдно, но ты же не будешь начинать год с ругани?

— Вот что мне с вами делать, оболтусы? Нажалуюсь родителям, они вам мозги промоют.

Братья как по команде сморщились и замотали головами.

— Не надо родителям. И вообще, мы уже взрослые люди, а ты жаловаться решила. Подумаешь, праздник затянулся, — сказал Яр и присел на подлокотник моего кресла. — Не дуйся, Веренейка, — обнял меня и прижал к своей груди. — Мы тебя любим и, даже если были бы при смерти, на встречу бы явились.

— Тьфу, дурак, глупости всякие не говори. При смерти они, — стукнула его по коленке.

— С новым годом, — Яр чмокнул меня в макушку и выудил откуда-то небольшую коробочку.

— Да, с новым годом, — отдал мне подарок и Ростик, поцеловав в щёку.

— Ой, а ваши подарки у входа, — соскочила с кресла, чуть не столкнув Яра. — Вот, держите, с праздником. Я так вас люблю, и очень соскучилась за этот месяц! Кстати, мама просила передать вам поздравления и поцеловать вас.

Ростик с Яром с удовольствием подставили свои щёки, в которые я их и расцеловала. В комнате стало заметно свежее, и окна решили закрыть. Братья принялись за уборку, а я отправилась на кухню, чтобы приготовить что-нибудь перекусить. Есть хотелось сильно, поэтому все разговоры и новости были отложены.

Спустя час мы расселись за столом в гостиной. Я расспрашивала братьев о работе, интересовалась, как у Ростика развиваются отношения с оборотницей, с которой он уже больше месяца крутил роман. Они расспрашивали меня об успехах в учёбе и планах на каникулы. Но, видимо, что-то во мне было не так, как обычно, потому что один из вопросов вверг меня в шок.

— Веренейка, ты влюбилась, что ли? — с ехидцей спросил Яр.

— С чего ты взял? — спустя пару секунд задала встречный вопрос. Обсуждать дракона с братьями не хотела. Боялась, что они будут против, потому что постоянно берегли меня от всяких проблем и напастей.

— Влюбилась, влюбилась, — ответил за меня Ростислав, ещё и покивал. — Признавайся, кто он? Сколько лет? Чем занимается? Адепт какой-нибудь?

— Ни в кого я не влюбилась, — пробурчала я, заливаясь румянцем смущения, тем самым окончательно себя выдала.

— Это что ещё за секреты от братьев? — строго вопросил Яр, — а ну, рассказывай! Иначе мы сами узнаем, а народ же такой, он чего не знает, наверняка додумает и нафантазирует. Поэтому лучше выкладывай, в кого влюбилась? Кто тот счастливчик, что удостоился чувств нашей сестры?

— Дракон, — выдохнула я, зажмурилась и втянула голову в плечи. Тишина мне стала ответом. Медленно открыла глаза и увидела вытянувшиеся от удивления лица братьев.

— Веренея, я надеюсь, ты сейчас пошутила, — вкрадчиво спросил Яр. Помотала головой и снова зажмурилась, ожидая урагана, но его, к моему удивлению, не последовало.

— Дела, — протянул Ростислав. — Это как же ты, сестрица, умудрилась так вляпаться?

— Сама не знаю, — пожала плечами и грустно улыбнулась. — Вот такая у вас сестра "удачливая".

— А он-то знает о твоих чувствах? — спросил Яр.

— Знает, — кивнула я.

— И что? — продолжил он допрос. — Издевается, наверняка, или в постель тянет?

— Нет, — помотала головой, — нет, что вы. Он не такой, как остальные. Он другой. Совершенно, — блаженно улыбнулась, вспоминая вчерашний вечер. Рука сама потянулась к кулону.

— Ууу, как всё запущено, — прокомментировал Яр.

— Что у тебя там? — заметил моё неосознанное движение Ростик.

— Подарок. Он подарил, — вытащила кулон из-за ворота платья, чтобы показать братьям. — Он правда другой. Такой… Такой невероятный, — не могла подобрать слов, чтобы описать Будимира, пока они рассматривали подарок.

— Да он же частичку магии, а значит и души, сюда вложил, — присвистнул Яр. — Серьёзный подарок. Рассказывай о нём всё. Где познакомились, как зовут, в общем, мы хотим знать всё.

И я рассказала. Всё-всё, что знала о нём. Рассказала о знакомстве и о появлении на балу. А ещё нажаловалась на Руслана. И как только заикнулась о его поступке, меня прервали.

— Стоп, — остановил меня Ростислав, — а теперь мы все забудем о Будимире, и ты расскажешь всё о Руслане. Как выглядит, что было перед балом, и кто он вообще такой.

— Да я оторву его оборотническую голову! — прорычал Яромир.

— Ребят, успокойтесь, его уже стражи забрали, ему и там достанется.

Но ребята успокоиться не могли. Они были жутко злы, и мне пришлось выслушивать яростную тираду двух братьев, в которой они обещали мучительную смерть оборотню. Я улыбалась, глядя на злых братьев, которые всегда защищали меня и беспокоились обо мне. Повезло мне с ними.

— Слушайте, не слишком ли много чести для Руслана? Мы встретились, чтобы друг о друге поговорить, а не о всяких ненормальных, — решила остановить их, когда раздухарившиеся парни пошли на новый виток угроз. Они меня услышали, прикрыли глаза и глубоко вздохнули. Снова сели за стол, потому что от негодования подскочили со своих мест, и уставились на меня.

— Давай дальше рассказывай о своём драконе, пока мы немного успокоились, — распорядился Яр.

И я снова принялась за рассказ о разговоре с драконом на балу. Братья молчали и внимательно слушали.

— Ты такая счастливая, Веренея, я тебя такой светящейся никогда не видел, — накрыл мою ладонь своею Ростислав. — Но мне не нравится эта ситуация.

— И мне. Он сделает тебе больно, а нам придётся видеть тебя разбитой. Поэтому я даже представить не могу, что мы с ним сделаем, если он тебя обидит, — поджал губы Яр.