Эпилог

Лорен

Настоящее время


— Какой прекрасный день, — я смотрю вверх на тёмно-голубое небо и вдыхаю на полную грудь воздух, который почему-то кажется чище. Как я всегда делаю в сентябре.

— Хочешь поговорить о прекрасных? Посмотри на вас обеих, — Мак наклоняется и целует меня в щеку, а потом наклоняется ещё ниже, чтоб поцеловать нашу десятимесячную дочку, Хонор, в носик.

Хонор смеётся и хватает лицо своего папочки обеими руками, пуская слюни с открытым ртом, которые стекают по подбородку. Она ещё не отточила мастерство поцелуев.

Мак смеётся и вытирает слюни малышки тыльной стороной ладони.

— Можно мне её подержать? – перебивает Крис.

Должна признать, я нервничала, когда впервые узнала, что беременна Хонор. Разница в возрасте между ней и Крисом казалась непреодолимой для того, чтобы они стали близки. Я так рада, что мои страхи были необоснованны. Может, её старший брат и намного старше неё, но их связь не могла быть лучше, чем она есть. Он абсолютно восхищён своей сестрой-малышкой. Если уж на то пошло, кажется, что разница в возрасте стала ему только на пользу. Он одиннадцать лет был единственным ребёнком, впитывал всё внимание, и теперь, кажется, вздохнул с облегчением, когда этим теплом поделились ещё с кем-то. Посмотрим, как это пойдёт, когда он станет подростком, но сейчас я просто наслаждаюсь моментом.

— Конечно, дружочек. Можешь подержать её, — я осторожно передаю Хонор в руки своему сыну. Она ещё не ходит, но так ёрзает, что её часто сложно удержать. К счастью, сегодня она чувствует себя весьма сонной, так что прислоняет головку к груди Криса и в скромной улыбке показывает свои новые зубы. С её кожей цвета мокка и большими карими глазами она уже разбивает сердца всех парней.

— Ребята! Эй! Смотрите, вы в камере для поцелуев! – возбуждённо выкрикивает Челси и указывает на огромный экран через стадион. Я оглядываюсь туда, куда она указывает пальцем, и, конечно же, Мак и я улыбаемся друг другу через поле.

— Ну, не станем же мы их подводить, не так ли? – Мак крепко притягивает меня к себе, и наши губы находят друг друга, сначала нежно, но, как и каждый поцелуй с Маком, искра страсти быстро возгорается и горит как бенгальский огонек в руках ребёнка на 4 июля.

Вокруг нас я слышу возгласы и завывание целого блока стадиона. Хотя, поверх всей суеты я слышен стон Криса.

— Мам! Ты меня смущаешь!

Я отодвигаюсь от Криса и спасаю своего сына от публичного унижения любви его родителей.

— Спасибо, что дала знать о камере, Челси, — я смотрю через плечо Мака, но она меня не слышит. Теперь, когда перерыв окончен, она полностью поглощена игрой. Моя сестра – супер фанат. Я задумываюсь, была бы она такой заинтересованной в игре, если бы прямо сейчас на поле квотербеком не был бы Камерон Армстронг.

Ставки на то, что не была бы.

— Ты не боишься, что будешь стариком в кампусе? – пинаю я Мака по рёбрам.

С тех пор, как Мак получил работу координатора программы помощи в проекте для раненных военных, он подумывал вернуться в колледж. Ему нравится находиться в военных госпиталях, разговаривать с ветеранами и их семьями. И он любит их. Из истории, которая была у нас с Маком, они знают, что получают нечто настоящее, когда он говорит с ними. Сейчас он зачислен в здешний университет Колорадо на частичную занятость с целью посещать курсы по психологии. Я не думаю, что он будет преследовать степень по психологии, но он настроен выучить так много, как сможет, чтобы помочь этим парням.

— Я знаю, что ты не можешь говорить обо мне, — дразнит Мак. – Потому что этот парень, — он тычет большим пальцем себе в грудь, — в самом расцвете своей жизни. Ты переживаешь о том, что твой муж будет стариком в кампусе? – он возвращает мне мой же вопрос.

Нет. Нет не потому, что Мак не сексуальный, или смешной, или потому, что у него всё ещё есть маленькие цыпочки, которые флиртуют с ним время от времени, потому что это правда. Это потому, что я знаю, что он меня любит. Только меня. Всегда меня.

— А мне стоит переживать? – улыбаюсь я ему, просто потому что знаю, что мне не о чем переживать не означает, что мне не нравится слышать это от него.

— Конечно, нет! Ты это знаешь, — он кладет руку на мои плечи и сжимает их.

— Ага, знаю, — я наклоняю голову к его плечу и вдыхаю его запах. Даже проспав рядом с этим мужчиной два года, я всё ещё думаю, что нет более сильного афродизиака, чем его запах.

— Вы видели это? – визжит Челси и указывает на поле. — Всё закончилось! Они безжалостно разделали их в игре! – возбуждённо кричит она.

На самом деле, я не видела, потому Мак и мои прекрасные дети меня отвлекали, а игра была слабым шумом на заднем плане идеального дня. И всё равно я ценю, что Камерон достал для нас эти места. Теперь, когда мы во второй раз сидим так близко к полю, меня это балует. Я бы не смогла теперь просидеть на дешевых местах всю игру.

Руки Мака соскальзывают с моих плеч, и он вскакивает на ноги, когда игроки покидают поле. Я встаю рядом с ним забираю Хонор, целуя её в пухлую щечку.

Люди вокруг нас начинают шаркать ногами и собирать вещи, чтобы уйти, но Мак не двигается. Чувствую, что знаю почему.

Конечно же, я вижу Камерона, который снимает шлем и бежит к нам легкой трусцой. У меня, будто, дежавю двухлетней давности, но чувство такое, что в этот раз он бежит не для того, чтобы поговорить с Крисом. Я смотрю на Челси и вижу, как она нервно приглаживает волосы руками. Клянусь, эти двое, словно парочка подростков, которые во время ланча восторгаются друг другом в разных концах кафетерия, но так и не скажут «привет». Очень жаль, что король-квотербек Армстронг последние два года был занят фан-клубом своих поклонниц. Я, правда, думала, что они с Челси хотя бы сходят на свидание. Не уверенна, кто больше разочарован за них — я или она.

Нет, кого я дурачу? Она. Явно, она.

— Эй, чувак, отличное начало сезона! — Мак пожимает руку Камерона.

— Спасибо. Нужно показать пример всем этим агентам, так ведь? Очевидно, что колледж не будет длиться вечно. В конец концов, они дадут тебе бумажку, и попросят покинуть кампус, — улыбается он Челси.

Я смотрю на свою сестру, и ее улыбкой можно было бы останавливать дорожное движение. Нежная. Очень нежная.

— Отличная игра, Армстронг, — Крис уверенно протягивает руку. Моё сердце пульсирует от радости. Он весьма подрос с тех пор, когда ему провели экскурсию по стадиону пару лет назад. Я так благодарна за то, что Мак и Камерон поговорили с ним и помогли ему отпустить то, в чём он так отчаянно нуждался.

— Эй, парень, давно не виделись, — Камерон пожимает его руку. — У тебя получилось попасть в команду? — он смотрит на моего сына, и я вижу, что Крис польщён тем, что квотербек помнит его цели.

— Удалось. Я играю в школьной команде, — он гордо выпячивает грудь. У него есть все причины гордиться. После того, как я устроила Криса в новую школу в районе, вы бы никогда не узнали в нём того ребёнка, которого исключили. Он тяжело учился и получил отличие, а его табель успеваемости — чего мы оба боялись — дали ему билет в светлое будущее.

— Отличная работа, парень. Продолжай работать, и может быть, ты попадёшься на глаза футбольному агенту, — Камерон хлопает Криса по предплечью.

— Ну, ты и правда делаешь себе имя, — перебивает Челси. – Держу пари, тебя выберут в первую лигу.

— Я бы подумал, что это правда. Но я думал, что в старшей школе тоже сделал себе имя, но ты не помнишь меня оттуда, да? — он ловит её с поличным.

Челси ёрзает немного и хмурит брови.

— А, ага, конечно помню.

Её ложь так мучительно очевидна, что мне хочется скривиться.

— Ага, звучит так, будто я произвел отличное впечатление, — дразнит её Камерон. – Вот что я тебе скажу. Как насчёт того, чтобы ты дала мне свой номер, и я сводил тебя куда-нибудь в следующую пятницу. В этот раз я сделаю всё, что бы ты меня не забыла, — он прищуривает глаза и понижает голос.

— Я не против, — отвечает Челси. Думаю, у нас есть победитель в номинации «Недооценка Года».

Пока моя сестра печатает цифры в телефоне Камерона, я поднимаю глаза на Мака. Я так счастлива, что уже нашла своего мужчину. Отца моих детей. Мою родственную душу. Мою вечность.

— Давай оставим этих двоих наедине, — шепчу я ему. Он смотрит на меня вниз кристально голубыми глазами, и в десятый раз за день, я вспоминаю, насколько я счастлива. Как мы счастливы.

— Челси, встретимся в машине, хорошо? Хочу начать собирать Хонор. Не спеши, ладно? – я оглядываюсь на свою сестру.

— Конечно, — отвечает она, не отводя взгляда от Камерона Армстронга. Думаю, не сложно увидеть, почему со своими песочного цвета волосами и тёмно-синими глазами у него остался мальчишеский шарм, которого он так и не утратил после старшей школы. Приятно видеть, что он смотрит на неё с таким же желанием, отражающимся на его лице.