— Ты опять грустишь, — Серин большим пальцем стер слезу с моей щеки. Я и сама не заметила, что плачу.

— Не обращай внимания, — я быстро вытерла глаза.

— На помолвку у нас принято дарить подарки, — тихо произнес вир. — Скажи, чего ты хочешь, и я сделаю что угодно, только чтобы ты улыбнулась.

— Я и сама не знаю, чего хочу… А то, что меня бы порадовало, невыполнимо для тебя.

— Что же это?

— Свобода… Отпусти меня. Освободи от всех уз и обязательств.

— Тебе плохо здесь? — грустно спросил Лик. — Со мной?

— Нет, вовсе нет. Просто… я хочу сама сделать свой выбор. Ну, так как, отпустишь?

— Нет, — твердо ответил Серин. — Можешь просить что угодно, кроме этого.

— Ничего другого я и не ожидала, — я лишь саркастически улыбнулась. — Тогда я хочу вернуться в Академию. Прямо сейчас!

— Хорошо, — вир тут же выпустил меня из объятий. — Но только на все каникулы ты будешь приезжать в Империю.

— Это мы еще посмотрим, — забыв про туфли, я босиком прошлепала мимо него, остановившись только на пороге. — Пожалуйста, пошли за Кирой. Как только он прибудет, я уеду.

— Тебя отвезет Дарко.

— Мне все равно!


Увидев на следующий день истинную ипостась Дарко, Мираэль обомлела и долго извинялась. Дракон только посмеивался над ней, попыхивая дымом.

Собрались в дорогу мы с утра за час. Немалым стимулом для этого послужил очередной неудачный эксперимент (и понесло нас ночью по пьяной лавочке в лабораторию!), который сейчас, потрясая кухонным ножом в кривых зеленых лапках, гонял по кухне поваров, скаля все свои пятьдесят пять клычков. Пока прислуга не успела наябедничать хозяевам замка, у нас еще был шанс спокойно смыться. Кире мы оставили весточку, чтобы он отправлялся в Академию либо на драконе с декадой воинов, которых Лик собирался отправить за мной в течение дня, либо самостоятельно.

В замке что-то бабахнуло, раздался истошный женский визг и страшный грохот.

— Линяем! — не своим голосом заорала я, взлетая на спину дракону.

Подруга была со мной полностью солидарна, оказавшись у меня за спиной лишь мгновением позже.

— А вещи? — ошарашено спросил Дарко.

— Потом привезут. Дарко, милый, полетели скорее!

Черный дракон взмахнул мощными крыльями и взмыл ввысь, скрываясь в облаках, а во дворе замка так и остались сиротливо валяться сумки с вещами.

Благо, каникулы еще не кончились, поэтому своим появлением на драконе мы напугали до икоты и прочих физиологических реакций всего человек пятнадцать. Вот через недельку все могло бы быть намного хуже.

Вечером Мираэль ушла к Лисандре, а я осталась в наших апартаментах, сославшись на плохое самочувствие. Мне так хотелось просто полежать на ковре у камина. Дома! По комнате через распахнутое настежь окно гулял теплый ветерок. В Гордее климат намного теплее, чем в Империи, поэтому недостаток загара и водных процедур я с лихвой смогу восполнить до конца сентября. Несмотря на тепло вечера, я развела огонь в камине и, заварив чаю, улеглась перед огнем. Я смотрела в пламя и ни о чем не думала. Через какое-то время я и не заметила, как задремала. Разбудило меня воркование прямо над ухом.

Открыв глаза, я увидела белого голубя, держащего в клюве письмо. Лишь только я взяла конверт, как он вспорхнул и вылетел в окно. Внутри оказался скрученный лист бумаги, вставленный в кольцо из белого металла с большим прозрачным камнем, стоящем, как на возвышении. Я улыбнулась, уже зная, от кого это.

Письмо состояло из трех строчек:

«У нас принято на помолвку дарить подарки.

Возвращайся скорее, я буду ждать.

Лик».