Наконец, крики затихли. Фрэнсис аккуратно приподнял плиту, поднялся на цыпочки: кровь смешалась с грязью, на земле лежали десятки мертвых тел. А в углу, прижавшись к стене, стояло девять человек: Дайтоб, Хауэлл и семь солдат. Вокруг них, как тигры в клетке, из стороны в сторону бесшумно скользили змеи. Бледный Дайтоб сжимал в руках осколки артефакта, в котором еще оставалась сила. Фрэнсис шикнул на пиратов, приказал не издавать ни звука.

— Проклятое чудовище, — процедил сквозь зубы Дайтоб, вынимая свободной рукой из ножен прямой обоюдоострый меч. За ним сгрудились солдаты и сэр Хауэлл, дрожащими пальцами он сжимал кортик, инкрустированный рубинами. Полоз оглушительно зашипел.

— Жалкие, ничтожные людишки! — поддержала его царица.

— Самые обыкновенные, — возразил красный исполин, заползая на широкую стену. Там он свернулся кольцами, хвост остался на земле, а голова отвернулась от происходящей сцены. Понемногу темнело.

— Наслаждайтесь последними мгновениями, — прошипела змеица.

Дайтоб неистово сжимал разбитую статуэтку, мелкие осколки резали пальцы, по белым костяшкам побежали тонкие струйки крови.

— Злой амулет потухнет, — продолжила она, извиваясь от нетерпения.

— Пока у нас есть время, — прошипел полоз, нюхая языком последние капельки магии, исходящие от амулета, — хочу поблагодарить, что привели нам столько еды.

— Отпусти нас, тварь! — вскрикнул Хауэлл, — я канцлер Его Величества! У берега стоят восемь военных кораблей, скоро сюда высадятся войска и уничтожат вас!

— Еда придет сама? — уточнила царица.

Из щели от поднятой плиты до слуха пиратов донеслось чавканье сотен глоток, звуки рвущегося мяса.

— Людоеды, — ахнула Роберта.

— Тихо, — шикнул Фрэнсис, — они забыли про нас!

Змеи впивались в людей, рвали плоть, проползали в рот и глаза, словно черви прогрызали тело насквозь. Жуткий пир не останавливался ни на мгновение.

— Я слышал, что змеи, когда наедятся, ползать не могут целый месяц, — прошептал Оливье.

— Ногами будем давить, — рассмеялся Барт.

— Заткнись! — со страшным взглядом шепнул ему Фрэнсис.

Чавканье сливалось в один непрекращающийся звук, похожий на треск костра.

— Скоро… — Дайтоб совладал с голосом, — придет подкрепление. Убирайтесь, пока не поздно!

— Еще немного, — взвизгнула от нетерпения змеица.

— Последние капли, — согласился полоз.

— А мне кажется, в безделушке осталось немало магии, — сказал красный змей.

Солдаты стояли бледные как снег, целились из мушкетов.

— Смотрите, как испугались, — проговорил Барт.

— Да тише ты! — воскликнула Роберта.

— Заткнитесь! — в ярости шепнул Фрэнсис, обернувшись.

Плита проскрежетала по фундаменту часовни. Змеица уловила этот короткий и слабый звук, резко обернулась, высунула раздвоенный язык. Пираты застыли, Фрэнсис осторожно опустил плиту, и выдохнул. Царица поползла на звук, головой скользя по земле.

Хауэлл глубоко вдохнул и закричал:

— Там пираты! Под плитой! Убейте их!

Полоз подался вперед, оказался у самого артефакта. Дайтоб сжал его еще сильнее, выставил руку вперед.

— Проверь, — прошипел царь.

Черный удав радостно рванул с места, а змеица уже ползала вокруг плиты. Пираты стояли в темноте, настороженно прислушиваясь.

— Там они, там! — не унимался Хауэлл.

Оливье прощался с жизнью, шептал молитвы. Роберта закрыла глаза. Двинулась плита. Наверху уже наступили сумерки, тусклый свет упал на тринадцать пиратов. Показалась огромная черная голова. Взлетела сабля — Фрэнсис стрелой выпрыгнул на поверхность. Змей отпрянул, хвост сделал полукруг и обрушился на капитана. Тот кувыркнулся, упал на мертвых солдат. Из ямы повыскакивали пираты, раздались выстрелы, крики. Сабля полоснула воздух, капитан скользнул сбоку, удав среагировал и юркнул в сторону, но оказался недостаточно быстрым. Лезвие вошло в плоть, хлынула кровь, два куска черного змея, разрубленного точно пополам, забились в пыли.

Царица укусила одного из матросов, впрыснув яд, человек захрипел, ртом пошла пена. Грянул выстрел — это Барт, ухмыляясь, спустил курок. Пуля прорвала чешую царицы, но зашла не глубоко, лишь слегка ранив. Пираты набросились на змеицу, размахивая шпагами и саблями. В разуме ее поселилась паника, она юркнула в сторону, огибая трупы, рванула прочь. Но длинное тело сыграло с ней не добрую шутку — пираты изрубили хвост, с превеликим усилием кроша затвердевшую кожу. Наперерез бросился Фрэнсис, ногой наступил на змеицу, переломив позвоночник, сабля замелькала в воздухе, нарезая куски. И спустя пару секунд дух змеицы покинул бренную оболочку. В этот момент на Фрэнсиса набросился полоз. Капитан не успел среагировать, не смог ударить. Царь обмотал его в три обхвата: грудь, шею, и руку, сжимающую саблю. Клинок звякнул о камни, залитые кровью. Полоз напряг все мышцы, сдавил мертвой хваткой. Он ожидал мгновенно переломать все ребра, острые обломки которых порвали бы легкие, думал, что треснет шея и позвоночник. Но Фрэнсис, хотя и в полуобмороке, но держался. Подбежали пираты, острыми клинками пронзая змея. Тот надавил еще сильнее, надеясь перед смертью утащить человека на тот свет. Взметнулись сабли, ударила рапира Роберты, перерубая мышцы, змей ослабил хватку, и Фрэнсис порвал его на куски, точно веревку, скинул с себя. Капитан упал, тяжело и часто задышал, из носа заструилась кровь.

Со стены на них угрюмо глядел красный гигант. Фрэнсис, превозмогая слабость, встал на ноги. За ним сгрудилась команда. Капитан заговорил, после каждого слова делая по два-три вдоха и выдоха:

— Чего… не… атакуешь?

— Еды предостаточно, мне и за год не съесть. Нет причин убивать вас, — мерно прошипел он, — но если хотите, то нападайте. Правда, я вам не по зубам, слабоваты будете.

— Тогда… расходимся… с миром, — выговорил капитан.

— Это были твои слова, — сказал змей.

Фрэнсис уставился на Дайтоба, все еще сжимающего разбитый артефакт, на Хауэлла, полуживого от страха, и семерых солдат, у которых было только одно желание — убраться отсюда живыми.

— Ну что, господин канцлер? — Фрэнсис совладал с дыханием.

— Атакуйте их, — слабо проговорил тот.

Солдаты и с места не сдвинулись.

— Разоружить! — приказал Фрэнсис.

Вперед вышла Роберта, видя по глазам солдат, что они сдадутся без боя. За ней двинулся Барт, положив ружье на плечо, а после тронулись с места и остальные пираты. Он приказали врагу бросить оружие. Хауэлл первым откинул кортик, клинок клацнул о камень. Дайтоб бессильно опустил руки, но пальцы, стискивающие статуэтку, так и не ослабили хватку, кисть была в липкой крови. Пираты забрали оружие, обшарили солдат.

— Сэр Хауэлл, у меня к вам вопрос, — проговорил Фрэнсис.

Тот испуганно посмотрел ему в глаза, тут же отведя взгляд.

— Вы хотите жить? — спросил капитан.

— Д-да, — запнулся канцлер.

— А вы, сэр? — кивнул он Дайтобу.

— Хочу, — промолвил тот.

— Тогда у меня к вам предложение, — сказал Фрэнсис, — я меняю ваши жизни и жизни ваших солдат на свободу моей команды. Мы уходим в море, а ваши корабли пропускают нас. Как вы смотрите на это, господа?

— Что… скажете, сэр Дайтоб? — шепнул Хауэлл.

— На меня ответственность скидываете? — выдавил тот.

— Просто… спрашиваю.

— Я согласен.

— Надеемся на благородство капитана Эвери, — промямлил Хауэлл.

Барт усмехнулся, подбирая с земли мушкет. На него меланхолично смотрел красный змей. Пират подмигнул ему и рассмеялся, разглядывая змей-людоедов, наевшихся человечины и теперь мирно заснувших тут же, у изглоданных трупов.

— Вот и славно, — сказал Фрэнсис. — Команда, готовимся к дороге! А вы, господа, пойдете впереди. Я вижу, что змеи наелись и не в силах пошевелиться, но все равно не стану рисковать своими людьми. Если же вас укусят, значит — такова судьба. Ну, пошевеливайтесь!

— Правительственные крысы! — добавил Оливье.

Глава 33. Возвращение на флейт

Пираты и пленники с опаской миновали сытых змей и вошли в лес. Спустя час перед ними раскинулось море. Берег был пуст, и только шлюпки портили пейзаж нетронутой природы. Люди сели в них, пираты накрепко примотали руки солдат к веслам, предупредив, что за любой лишний звук будут убивать. Лодки отчалили, пленники гребли предельно осторожно, чувствуя на глотках прикосновения острой стали, но в то же время ощущая громадное облегчение оттого, что покинули проклятый Сколоперкос.

Шлюпки приблизились к флейту «Блаженный Липли-Син». Когда они достигли корпуса судна, первым выпрыгнул Фрэнсис, не дожидаясь никого, зацепился за якорную цепь и полез. Наверху раздались крики, в воду полетели дозорные, и спустя минуту Фрэнсис сбросил пиратам шторм-трап. Они резво вскарабкались по веревочной лестнице, а на борту, при слабом свете фонарей, их встретили солдаты и матросы, а так же Фрэнсис, в одиночку раскидывающий их по сторонам. Пираты бросились в бой, на корабле забили в рынду, поднимая тревогу. На верхнюю палубу вываливали все новые солдаты, да и на других кораблях дали команду аврал.