- Есть! - поднял руку Вовчик, - Предлагаю организовать местный отряд самообороны! Включить в него всех мужчин! Ввести систему оповещения! Эта... повесить... как его? Ну, железку какую, чисто как набат! Дежурства!..


- Стоп! - Громосеев опять поднятой ладонью пресёк Вовчикову тираду, - Это - отставить! Ни-ка-кой самодеятельности в плане безопасности, а то вы тут наворотите! Отряды самообороны, дежурства... истребительные батальоны ещё предложите организовать! Никакой отсебятины, с этим строго! Запрещено! И вообще. Поменьше умничайте!


Он обвёл строгим взглядом присутствующих, задержав взгляд на Вовчике. Тот опустил голову.


- Дальше. Вон там, на пригорке... - он показал рукой - и все невольно оглянулись, - Для тех, кто не местный, - церковь. Местные её называют 'собор'; но на самом деле это просто церковь. Восемнадцатого, что ли, века...


- Семнадцатого! - выкрикнул кто-то.


- Ну, это вам тут так лестно считать, что семнадцатого, факты говорят, что... впрочем, ладно. Церковь до сих пор была законсервирована, в прошлом году начали её восстанавливать за счёт средств Оршанской епархии; но, как вы видите, сделали пока немного, а потом и вообще в силу известных вам причин работы остановились... Но церковь функционирует! Не вижу тут отца Андрея, вы с ним потом познакомитесь... У них, у верующих то есть, - там, за церковью, за пригорком, три-пять семей строятся, вы видели, - у них своя коммуна. Они - сами по себе. Да-да, не сомневайтесь, тоже будут платить продналог, всё это уже доведено до сведения. Просто - имейте ввиду, для кого это важно. То есть что церковь - действующая, проводятся службы, или как это там... обряды! Впрочем, пообщаетесь с батюшкой, он сам вам всё объяснит. Дальше...


Он заглянул в смятый листок в руке.


- По организации досуга. С 'вечерним телевизором', сами понимаете... Вот, из города к нам приехала известный бизнес-тренер и специалист по... Словом, госпожа Соловьёва предлагает провести серию тренингов личностного роста. Интересно? На общественных началах. Прошу учесть, что в Мувске тренинги госпожи Соловьёвой стоят... стоили очень существенные деньги, так что цените и пользуйтесь моментом.


Он снова заглянул в листок.


- Дальше. Девушек из Мувска мы поселим здесь, в 'правлении', в большой комнате. Питаться они будут централизованно; вот, уже и повар назначен - знакомьтесь: Мэгги... эээ... то есть? Маргарита!


В группе девчонок послышался смех.


- Мэгги?? Поваром? Да вы что?? Да она только упаковку с пре... с чипсами открыть сможет! Ха-ха-ха-ха!


Стоявшая чуть поодаль рядом со своей 'наперсницей' Надькой Мэгги, одетая уже 'по-сельски', в старенькие джинсы и х/б блузку, смерила говорившую насмешливо-презрительным взглядом и ответила:


- Представь себе, готовлю я не хуже чем танцую; тебе бы, убогой, поучиться! Впрочем, можем посоревноваться.


Смешки пропали.


- Вот. Запас продуктов для коммуны будет находиться в её распоряжении, - но в строгий подотчёт! Вот, Борис Андреич проконтролирует. Он же завтра вас выведет в поле, покажет фронт работ. Борис Андреевич, как я уже говорил, мой помощник, своего рода нарядчик и учётчик...


Фраза Громосеева оказалось оборванной. На вновь вышедшего на крыльцо Бориса Андреевича вдруг с лаем кинулся увязавшийся за друзьями с полицейского поста чёрный лохматый пёс, до этого отлучавшийся куда-то по своим собачьим делам, и только сейчас вдруг нарисовавшийся среди собравшихся, выискивая своего нового хозяина - Вовчика. Он кинулся на крыльцо, и раньше, чем кто-нибудь успел что-то предпринять, вцепился помощнику уполномоченного в ногу!


Произошло замешательство: мужчина с каким-то бабьим испуганным криком 'Уберите собаку, я терпеть не могу собак!' шарахнулся в дверной проём, в здание; рядом стоявшие отшатнулись от остервенелого собачьего лая атакующего пса, сменившегося тут же не менее остервенелым рычанием терзающего штанину и ногу животного.


- Уберите!! У-бе-рите его!!


Пёс представлял собой теперь шар когтей, зубов и ярости; и нипочём не желал оставлять в покое свою жертву.


Наконец, Громосеев, изловчившись, сгрёб его за шерсть на загривке и одним движением отшвырнул его в сторону. Тут же получив пинка от кого-то из стоявших рядом, пёс отлетел в сторону ещё дальше, взвизгнул, перекатился через голову, и, всё ещё свирепо рыча, шмыгнул за здание.


- Чья собака?? Ааа??.. Чья собака, спрашиваю?? - кричал, болезненно кривясь и зажимая сквозь располосованную штанину окровавленную ногу пострадавший.


- Не наша, нет. Не видели раньше. А, это же вчера, с городскими пришла!


- Наша это. Вернее, не то что наша - к нам прибилась. От ментовского поста, - сообщил Вовчик, достав перевязочный пакет и тампон для обработки раны.


- Его нужно немедленно застрелить! - потребовал Борис Андреевич, болезненно морщась, - Он, наверное, бешеный!!


- Мы даже как его звать-то не знаем... Вроде спокойный такой пёс был, что с ним случилось? Под ногами вертелся, хвостом вилял, всё как всегда - и вдруг!..


- ... застрелить! Или повесить! Я его сейчас сам... я его, паскуду!.. Ненавижу собак! Особенно таких ненормальных!


- Ладно, ладно, Андреич, успокойся. Вот ведь какая история... Что это он? И прям на тебя? - помогая Вовчику накладывать повязку, удивился Громосеев.


- Я ж говорю - не любят меня собаки! И я их не люблю! Ненавижу даже! Надо его немедленно прикончить! Возможно - бешеный! Антон - дай мне свой пистолет. Я его сейчас, паскуду...


- Нельзя, - осадил разбушевавшегося учётчика Громосеев, - Ещё по собакам тут не стреляли. Каждый патрон в подотчёт.


- Нельзя! - поддержал и Вовчик, - Тем более, если подозрение на бешенство. Его сейчас напротив, наблюдать надо. Так положено; у собак симптомы быстрее проявляются, нежели у человека. Если вдруг... тогда вам надо будет срочно в Оршанск, в госпиталь, на курс уколов - бешенство это не шутка! Но вообще... что-то я сомневаюсь. Нормальный такой пёс был, что это он?..




***




- Антон Пантелеевич! - обратился к Уполномоченному Владимир, когда неразбериха и ажиотаж с нападением собаки на представителя администрации, так странно закончившее собрание, уже поулеглись; и старые и новые жители Озерья стали, попутно обсуждая новости, расходиться по домам.


- Вы не звонили в Оршанск, в обл-больницу? Как там Вика?


- Звонил, звонил, Владимир... ээээ... Евгеньевич. Мне уже тут весь мозг её подруги на этот счёт вынесли. Звонил. Говорят - не поступала. Это несколько странно, конечно, у них сейчас пациенты только с самыми тяжёлыми травмами, и особой чехарды с учётом быть не должно. Но... В принципе, ничего необычного. Этот ваш... кому вы её на доставку поручили? Он ведь мог её не обязательно в облбольницу доставить; возможно, в детскую... а там не отвечает. Или в ведомственную, там, в промзоне есть поликлиника; а может повезло, и её сразу, с дороги в Мувск, в центральную перевезли - может, встретили попутку?..


- Это навряд ли... да и время...


- Ну, я не знаю. Добавить мне нечего. Вот. В кабинете у меня есть телефон, звоните пока я не уехал. А так - ключ будет у Бориса Андреевича. И с собакой своей разберитесь! На цепь - и наблюдать! А потом - уничтожить! Нам ещё тут травм от собачьих укусов недоставало!




***




- Вовчик! - на улице подошёл Вадим, - Такое дело... Как у тебя друг-миллионерский сынок, - вроде на ногах? Башка не болит? У меня есть немного, но терпимо. Значит вот что. Есть возможность разжиться генератором и парой сотен литров солярки. Есть интерес? Вот. Значит, вечерком, то есть часа через три, я к вам зайду. Есть разговор. Конфиденциальный! - через щели в бинтах он подмигнул, показывая степень секретности предстоящего разговора.


' - Вот жучила; позавчера его ещё убивали, а сегодня уже что-то явно намылить хочет! И нас в компанию зовёт', - подумал Вовчик, и был недалёк от истины.




***




- Мэгги-то... А? Подальше от поля, поближе к кухне - и Надька при ней! Когда и готовить научилась, она ж, я думала, максимум что могла - в микроволновке что разогреть...


- Мэгги - девка разносторонняя, мы её все таланты никак не знаем... А что? Вот вчера она наготовила - нормально же? Нормально? Я так вообще - очень понравилось.


- Это с голодухи да после того ночного... происшествия.


- Не, это ты зря. Мэгги хорошо сготовила - никто не ожидал.


- А точно она?


- Она-она. Мне бабка сказала, у которой мы в бане мылись, и у которой сейчас Мэгги с Надькой живут. Она на неё нарадоваться не может - так и называет: 'Унученька'.


- Ну, Мэгги, ну даёт!..


- Да, девки, нам до неё с её талантами как до Луны раком...


- Раком ты ещё встать успеешь, не торопись...


- Хи-хи-хи. Ха-ха-ха! Кому что - а тебе, Лика, только о пошлом...




***


- Мэгги! Или как тебя там - Маргарита? - тронул её за руку Борис Андреевич.