Дартс Павел

Крысиные гонки. Часть 2



Часть вторая. ЖИЗНЬ НА ПРИРОДЕ




*** ВТОРАЯ ЖИЗНЬ ЛАВЕРА. ВОЗДАЯНИЕ






*** СХВАТКА НА ПОЛЯНЕ






ПОСЛЕ СХВАТКИ




- Папа, папочка!! Папа! - обе дочки метались вокруг Вадима, пытаясь остановить ему кровь, сочащуюся из многочисленных ран на голове, залившую ему всё лицо.


- Рррр... Рруки! Руки... освободите! - наконец выговорил он, отплёвываясь набившейся в рот травой и землёй.


- Во-о-овчик!.. Воло-одя-я... Хорь!.. Развяжи руки, рук не чувствую!.. Вовчик! Конец рукам, не чувствую совсем!! - стонал и Владимир.


Ревели на несколько голосов девки и женщины в кучке возле костра, только что ошарашено наблюдавшие побоище. Кучка понемногу расползалась, те, у кого руки не были связаны, помогали освободиться остальным. Несколько человек попросту были в истерике, и не реагировали на окружающее. Одна женщина, икая, обхватив голову руками, лежала на траве навзничь. Мучительно стонала другая, которой картечь попала в живот. Ещё одна лежала неподвижно.


Жалко скулил раненый бандит, теперь он стоял на коленях у костра, зажимая живот.


Всё как-то быстро кончилось...


- Во-овчик... руки! - стонал Владимир.


Вовчик сидел на траве, и, кривясь от боли в руках, ощупывал себе лицо. Нет, ничего. Глаза целы...


- Во-о-овчик...


- А?.. Да-да, Вовка, сейчас. Я мигом! - сознание, что друг мучается, что вон - ещё корчатся пока ещё живые бандиты, что... что ничего ещё не кончилось, подбросило Вовчика с места.


Подлетев к Владимиру, стоявшему на коленях, он тоже упал на колени возле него, и склонился над его руками. Шпагат. Нож, нож! Где взять нож?? Он прянул в сторону, легко оказавшись возле костра, зашарил взглядом по траве, потом увидел поодаль, в куче выпотрошенных вещей, свой рюкзак, кинулся к нему, тут же отыскал в кармашке складник...


- Растирай, Вовка, растирай; не, может ничё, затекли просто...


- Во-овчик!! - донесся девчачий голос от костра, - Тут наручники-и-и-и! У папы. Чо делать-то??


- Сейчас-сейчас...


- Ребята-а-а-а! У нас тут раненые!! Вику - в живот!!.. Ребята! Вовчик!! Что делать?? - донеслось сквозь рыдания с другой стороны.


- Во-о-овчик...


- Сейчас-сейчас!


Поняв, что сам он везде сразу не успеет, он мигом распорядился; это вышло так легко, как будто до этого он всю жизнь только и делал, что командовал:


- Эй! Сюда! Ты, да! Вовке вот так вот растирай руки, кисти. Осторожно! Видишь - не чувствует, синие?? Разминай. Вот так - и выше, выше. В предплечье. Зуль - я сейчас. Достань аптечку - у вас должна быть. У меня в рюкзаке возьми. Как мама?.. Эй! В живот?? Зажмите ей рану полотенцем! Плотно! Я сейчас. С той что? На спину, аккуратно... Не трогать пока!! Ага. Сейчас, Вадим, сейчас; наручники - это ерунда...


Он подлетел к лежащему Вадиму, с разбега затормозив на коленях, и в его руках тут же оказалась выуженная их кармана связка ключей в кожаном чехольчике; секунды он покопался в нём, и извлёк ключик, - щелчок, ещё щелчок, и наручники упали с рук Вадима.


- Оооооо! - раздалось его удовлетворённое, - Ноги ещё!


- Ща-ща... - похлопав себя по карманам в поисках того же складника-швейцарца, он тут же увидел у лежащего уже неподвижно поблизости бандита рукоятку ножа на поясе, потянулся - выхватил его, и перерезал ремень, стягивающий Вадиму ноги. Бросил нож.


- Зуля! Что аптечка?? Фонарь вон дай, свети! Не вставай, слышишь! Так... И здесь... Не, глаз цел. Всё поверхностное. Швы бы... да ладно, потом это. Зуля! Промыть перекисью. Потом стяните лейкопластырем, шить я не рискну сейчас. Забинтуйте. Гуль, поможешь ей? Гу-уль?.. Да нормально, нормально уже всё, ну всё-всё, успокойся... Эй! Эээй!!! Ну-ка сюда, ты! Быстро найди что ей накинуть на себя, плащ какой-нибудь, - в темпе!


- А они точно?.. всё?..


- Всё-всё, не волнуйся... Хотя... - он вновь метнулся в сторону, подхватил с травы двустволку. Переломил её, выковырнул гильзы. Шлёпнулся на колени рядом с телом бандита, перевернул его, обмякшее, на спину, зашарил по карманам. Нашёл горсть красненьких тяжёленьких цилиндров патронов, затолкал пару в стволы, остальные сунул в карман.


- Вовка! Как руки? Ага. Ладно. Теперь раненые...


- Вовчик, у тебя кровь из носа.

Он не ответил.


С ранеными было плохо. Стонала Вика, свернувшись калачиком и зажимая живот какой-то окровавленной тряпкой. Молча, ни на кого и ни на что не обращая внимания, сидела и раскачивалась из стороны в сторону Катя, завернув голову свитером.


'- Ей бандит в самом начале по лицу резанул ножом. Сильно. Она как упала, потом голову так вот завернула свитером - и больше ни на что не реагирует. Кать? Ка-а-атя... Вот. Видишь...'


Ещё одна женщина, не из 'танцевальных', лежала, и уже по позе, по скребущей траву руке Вовчик понял - тут совсем плохо. Её перевернули на спину. Стало ясно - 'отходит'.


Ещё несколько девчонок получили серьёзные ушибы, возможно вплоть до переломов, от палок бандитов. Жена Вадима, Алёна, пришла в себя; но ни ходить, ни даже встать пока не могла; возле неё хлопотали, закончив с Вадимом, Зульфия и Гузель. Вадим, теперь с перевязанной бинтами головой, так, что видны были только глаза, нос и рот; привязав жалобно стонущего живого бандита к дереву, теперь стаскивал трупы и ещё живых бандитов в ряд, попутно их обшаривая. Ему помогал Хронов. Гузель, как заметил краем глаза Вовчик, завернулась в его собственное старенькое пончо, служившее раньше Вовке покрывалом для 'матраса' из сосновых веток. Сам Вовка сидел, и продолжал разминать кисти рук.


- Вовк, как ты?


- Нормально... почти. Голова только кружится - меня этот... здорово в самом начале приложил прикладом. Сотрясение, наверно. И грудь болит - шарахнулся. Удрал ведь он?..


Как ответ на его вопрос где-то вдалеке стукнул выстрел, и тут же ещё два.


- Вовчик, кто это был??


- Не знаю я, Вовк. Чесслово, не успели познакомиться.


- Один он был?


- Один.


- Да. Дай-ка сюда ружьё, не таскайся с ним. Зарядил? Я здесь посмотрю, буду в кустах. От меня в медицине мало толку, занимайся, ага. Хронов! Витька! Живой??


- Здесь я... - отозвался 'анархист'; сейчас он помогал двум девчонкам освободить от одежды раненую в живот.


- Газюк у тебя с собой??


- А? Да. Вроде как...


- Дуй на ту сторону поляны, сразу в кусты, и сиди там. Если что - стреляй, просто для сигнала.


- Ага... - Хронов, вынув из-за пояса пистолет, картинно передёрнул затвор, и быстро двинулся в указанном направлении.


- Пусть воды лучше принесёт... - попробовал воспротивиться Вовчик, - Воды надо накипятить. Промыть раны; перекиси у меня всего ничего, надо таблетки развести...


- Вовчик, не найдёт он в темноте родник. Да и... Нет, пусть лучше сторожит. Больше толку будет. А воду давай из фляг сольём, мы ж вчера набирали. Поручи кому из девчонок закипятить, да дров ещё, сколько можно, пусть... Пожгли уже ведь всё. Вовчик, извини, не помогу. Я больше всего повторения этого кошмара боюсь, остальное преходяще. Патроны ещё есть?


Вовчик отдал ему патроны, заметив:


- А нож твой, Боуи, тот, 'лесовик' забрал. Наверно думал, что бандитский.


- Да пускай. После этого вот... всего, мне его и в руки-то брать было бы противно! - и он скрылся в кустах, держа ружьё наизготовку.


- Ладно-ладно, найдём тебе ножик, ножиков у меня хватает... - пробормотал Вовчик, возвращаясь к взятым на себя медицинским хлопотам, - Девки, как оно? Сквозное, нет? Это плохо... Давайте-ка воду готовьте, хэбэ ткань... да хоть футболки, да. Бинтов явно не хватит. Ты... Наташа? Давай, вон фляги, слей воду. Вас как? Игорь Петрович? За водой сами сходите, помните где? Хорошо. Только осторожно... Инга, Инга, нет, руку не просто бинтуй, а привяжи к шине, если подозрение на перелом... Что есть 'шина'? О, твою-то мать... Так, Катя... Ка-атя... Руки убери, я посмотреть хочу...


В совсем-совсем отдалении вновь хлопнул выстрел. Все вновь на мгновение замерли, замолкли, потом вновь занялись делом.


В секундной тишине послышалось жалобно-просительное:


- Пожалуйста, перевяжите меня! Пожалуйста! Мне очень больно живот!.. - это слёзно скулил привязанный Вадимом к дереву молодой бандит. Рубашка внизу, и старенькие джинсы у него уже насквозь пропитались кровью, но никто не обращал на него внимания. Вадим, опустившись на колени около жены, о чём-то разговаривал с дочками.


В это время на поляне послышались разъярённые вопли:


- Сука, сволочь, гад!!! Тварь!!! ..., ... Па-а-адла!!! Я убью тебя!!! - как будто впавший в неистовство Витька, подскочив к привязанному Вадимом к дереву бандиту, несколько раз зверски ударил его кулаком в лицо, сразу разбив ему нос, - Я убью тебя как па-а-адаль!!


Все сразу, подняв головы, уставились на происходящее. Повернулся и Вадим.


Неистовавший Витька ещё пару раз сильно ударил бандита в лицо, затем, отскочив назад на несколько шагов, выхватил из-за пояса пистолет... Все ахнули.