Ее челюсть отвисла. Закрылась. Снова отвисла. Невозможно уйти из Шеул-гра? Она будет в ловушке. Заключенная, как тогда, когда ее похитил сумасшедший ангел, стремящийся отомстить архангелу, ситуация, из-за которой она вляпалась в эту.

Наконец, ей удалось прохрипеть:

 – Никогда?

– Не... в традиционном смысле. – Рафаэль сотворил из воздуха чашу с нектаром и протянул ей, но Лиллиана отказалась. Она сомневалась, что ее желудок сейчас сможет что-то удержать. Кроме того, отказываясь от чего-то предложенного архангелом, она почувствовала греховное чувство удовлетворения. – Но, по моим данными, он владеет хроноглассом.

В ней взметнулось удивление.

– Я думала, оба существующих, находятся у нас.

– Видимо, нет.

– Значит, он может путешествовать во времени?

Рафаэль тряхнул головой.

– Он не был рожден с этой способностью. Мы верим, что он использует его для просмотра текущих событий в человеческом и демоническом мирах.

Какое расточительство. Ангелы со способностью путешествий во времени могли делать это только при определенных обстоятельствах и с помощью горстки очень редких артефактов.

Хроноглассы были наиболее универсальными и могущественными из объектов для путешествий во времени, и тот, что находился у Азагота, мог иметь неоценимое значение для Небес.

– Подождите... вы сказали, он может просматривать события и в демоническом измерении? Как?

– Его хроногласс, в отличие от нашего, двухсторонний. Одна сторона позволяет видеть мир людей, а вторая – демоническое измерение. – Рафаэль пригубил нектар, от которого она отказалась. – С этим хроноглассом ты сможешь раз в день, на один час, убегать из его владений. Но, ты будешь ограничена прошлым, и как всегда, не разрешается контактировать со знакомыми, и изменять события, которые могут повлиять на историю. – Он наклонился поближе, усиливая давление не сказав ни слова. – Итак. Что ты скажешь?

Скажу, что ты сумасшедший.

– Каким, ох... щедрым... бы ни было ваше предложение, я должна отказаться. У меня есть здесь работа.

Архангел небрежно сделал глоток нектара, и у Лилли появилось чувство будто он медленно затягивает петлю.

– И, да.

Она сглотнула. Что было не легко, учитывая невидимую веревку, что сжимала горло.

– Извините?

– Ты думала от нас ускользнут твои недавние прегрешения? – Он махнул рукой и одна из дымчатых стен стала твердой и приобрела цвет слоновой кости.

На белом фоне, в идеальном 3-D формате, начался фильм. Фильм – показывал ее, три месяца назад, когда она путешествовала во времени по различным местам, чтобы собрать артефакты.

Ангел по имени Ривер попросил у нее особенные подарки для своих пяти тысячелетних детей, вещи из их детства. Приносить объекты из прошлого было против правил, но однажды он вытащил ее из беды, и Лиллиана задолжала ему.

Но черт возьми, неужели она недостаточно поплатилась за то, что натворила. Пятьдесят лет путешествовать во времени только наблюдая, плюс еще сто лет слушая людские молитвы, сортируя их, и представляя только самые важные Отделу Исполнения Молитв.

Так. Чертовски. Скучно. Люди порой молили о действительно эгоистичных и глупых вещах.

Кино прокрутилось вперед, и Лилли увидела себя, протягивающую Риверу объекты.

– Меня уже наказали за это.

– И очевидно, ты не усвоила урок, – отрезал он, внезапно, необъяснимо раздражаясь, – Потому что и месяца не прошло как ты нарушила один из самых важных законов путешествий во времени, и это вызвало дисбаланс на небесах, который мы до сих пор пытаемся исправить.

– У меня не было выбора! Если бы вы только послушали...

– Молчать! – Он не повысил голос, но эхо его приказа облетело комнату дюжину раз, перед тем как затихло. – Ты говоришь, что у тебя не было выбора, поэтому сейчас я даю тебе один. Чтобы избавиться от своей способности, ты можешь пройти процесс разделения. На всю оставшуюся жизнь тебя назначат на черную работу, либо же ты можешь стать супругой Азагота, и тогда сможешь путешествовать во времени один раз в день. Так что?

Ее трясло от гнева, что обстоятельства ее преступления были проигнорированы, и от ужаса – оба наказания были не только жуткими, но и пожизненными.

Потерять свободу было для нее худшим кошмаром, и сейчас она оказалась в безвыходной ситуации.

– Мне нужно время, чтобы все обдумать. – Даже ее голос задрожал.

– Я не дам тебе время, – сказал он. – Но я в хорошем настроении, поэтому скажу тебе вот что. Иди в Шеул-гра, у тебя будет тридцать дней по земному времени, чтобы передумать. По истечению которых выход из царства будет запечатан для тебя, и ты никогда не сможешь покинуть его, за исключением часа в день, когда будешь использовать хроногласс.

Ее живот скрутило, и Лилли снова порадовалась, что отказалась от нектара.

– Я потеряю свои крылья?

– Нет. Ты будешь как Азагот... падшим ангелом, но... нет. Он, как и его царство – уникален.

Этого не могло происходить. Она искала на красивом лице Рафаэля любой знак того, что несмотря на отсутствие у него чувства юмора, он здорово пошутил, но выражение лица архангела оставалось серьезным.

– Что на счет Мемитимов? Вы по-прежнему будете присылать к нему ангелов для... размножения?

Она с трудом смогла выдавить последнюю часть. Азагот являлся отцом всех Мемитимов, и она серьезно сомневалась, что Небеса просто позволят ему прекратить производство маленьких детишек-Жнецов.

А может он и не хотел останавливаться. Может он был таким же, как и ее отец, жертвовал ребенком, как основой будущего блага, и не собирался лгать о своих потомках.

– Он не будет больше создавать Мемитимов. Мы исправили их бесплодие и изменили Мемитимов на ангелов способных к деторождению.

Вот так всё просто. Лилли представила, каково Мемитимам узнать, что их неспособность к воспроизводству была задумана и могла быть отменена в любое время.

Она закрыла глаза и подумала над своим выбором, оба варианта были дерьмовыми.

Лишение способности к путешествию во времени у ангела весьма жёсткая процедура. Агония. Иногда со смертельным исходом. Даже если кто-то выживал, сам процесс и потеря способности были травмирующими, и ангел никогда уже не станет прежним.

Лиллиана встречала двух ангелов, которые подверглись этому процессу, и их лишённые эмоций глаза преследовали ее до сих пор.

Будто просто отобрать её возможность путешествовать во времени было не достаточно. Теперь до конца жизни ей придётся выполнять чёрную работу... но, с другой стороны, возможно она настолько отупеет после дароэктомии[3], что ей будет просто всё равно.

Разве это не звучало как замечательная жизнь?

Другой ее выбор состоял в том, чтобы стать супругой развращенного ангела, мужчины, который был хранителем душ демонов. Мужчины, который добровольно предложил быть изгнанным с Небес... или, если слухи верны, он не столько добровольно предложил, сколько ему добровольно предложили.

Вроде того, что происходило с ней сейчас.

Помимо этого, когда она свяжется брачными узами с Мрачным Долбаным Жнецом, так она еще застрянет в его царстве. Которое, по большому счету, было темным, мрачным местом, напоминающим Афины... если бы Афины были пропитаны тьмой, опустошены деяниями жуткого демона, и были оформлены через нечестивый союз между Гильермо дель Торо и Энн Райс.

Вообще-то, здесь был явный победитель. Между отстойным и никудышным вариантами, побеждает отстойный.

Открыв глаза, Лилли признала неизбежное.

– Я пойду в Шеул-гра, – пробормотала она. По крайней мере, как только Лилли окажется там, у нее будет тридцать дней, чтобы передумать.

– Я рад услышать это. Ты отправляешься немедленно. – Он быстро опустил руку на ее плечо, наклонился, его голос понизился до заговорщицкого шепота. – Теперь, если каким-то образом выбраться из царства Азагота с его хроноглассом в течение этих тридцати дней, то прошлые грехи могут быть прощены. Особенно если разрушить камень для шпионажа, который, как мы полагаем, он использует, чтобы следить за нами.

Она чуть не споткнулась о собственные ноги. Он давал ей выход из этой дряной сделки?

Рафаэль отступил назад и допил нектар.

– О, – произнёс он, когда бросил пустую чашку на пол и шагнул к выходу, – и удачи. Азагот – ещё тот засранец.



Глава 3

Когда Лиллиана увидела перед собой огромный дворец, по её коже поползли мурашки. Найденная информация оказалась правдивой – главное здание и все остальные окружавшие его сооружения были построены в стиле древнегреческой архитектуры.

Громадные колонны поднимались от земли и удерживали стены, которым, казалось, не было конца.