Все еще переваривая неожиданную информацию, Джуди бессмысленно мотнула головой. Ее густые волосы рассыпались по плечам.

— Охранники следят за порядком день и ночь, — добавил он.

— Я нахожу это пугающим. Вооруженные люди все время рядом со мной? Такое не располагает к покою, — парировала она.

Мужчина пристально посмотрел ей в глаза. Джуди показалось: еще мгновение, и он услышит биение ее сердца. Она поспешно отвернулась, боясь, что он сможет прочитать ее мысли. Все происходило как во сне. Это всего лишь физическое влечение, ни сердце, ни разум не нуждаются в этом, решила женщина.

— Вас зовут Джуди, не так ли? — мягко спросил мужчина. — Это имя подходит к вашим черным волосам, голубым глазам и такой прекрасной коже.

Женщина, покраснев от столь щедрого комплимента, пыталась сообразить, каким образом имя ее может подходить к прекрасной коже. Должно быть, он просто хотел сказать ей что-нибудь приятное.

— Меня зовут Марчелло. Остальная часть моего имени слишком длинна, чтобы ее запомнить. Я был последним ребенком в семье, но первым сыном. До меня мать родила трех дочерей. Я же появился, когда ей исполнилось сорок. Врачи категорически возражали против этой беременности. Но матери так хотелось иметь сына. Она по происхождению была итальянкой, родилась на Сицилии в многодетной семье, у нее было пять братьев. Когда появился я, мать так обрадовалась, что назвала меня Марчелло. А отец, чтобы нейтрализовать, как он говорил, итальянский дух, добавил мне все свои любимые имена. Так что их у меня стало целых шесть.

— Шесть имен! — изумилась Джуди.

— Папа любил переходить из крайности в крайность. Боюсь, этим я пошел в него. Он назвал меня в честь трех святых и добавил имена двух своих братьев. А Марчелло — так звали отца моей матери. Это первое имя, и именно так меня называют.

— Очень интересная история, — проговорила Джуди, пытаясь понять, что он имел в виду, когда сказал, что переходит из крайности в крайность. Возможно, ее новый знакомый относился к категории мужчин, исповедующих в жизни принцип «все или ничего». Он совсем не похож на Джона, подумала Джуди, и чувство вины вновь вернулось к ней. Почему она сравнивает этого испанца со своим мужем? Они были словно небо и земля. Во всех отношениях. Глупо ставить их рядом. Глупо и стыдно. Она никого и никогда не смогла бы полюбить так сильно, как Джона. Да и не хотела. А тяга к Марчелло — лишь весеннее сумасшествие.

Сейчас Джуди жалела, что утром вышла на балкон и увидела у бассейна его — такого сильного и красивого. Казалось, даже солнце радовалось в каждой капельке на его теле. А может быть, солнце и незнакомая природа — виновники тревожащих ее ощущений? Она так далеко от всего близкого и родного, от семьи и обязанностей, свободная, словно птица. Видимо, свобода и кружит голову.

— Да, действительно интересная, отозвался Марчелло.

Джуди недоуменно взглянула на него, не понимая, о чем он говорит. Потом вспомнила, что это — продолжение темы о его отце. Напряжение вернулось к ней.

— Он умер? — сочувственно спросила женщина.

Марчелло кивнул, и улыбка мгновенно сошла с его лица, глубокая складка прорезала лоб.

— В прошлом году папе исполнилось восемьдесят пять. Это был очень интересный человек. И его смерть стала для нас большим горем.

— Смерть — всегда потрясение, — задумчиво произнесла Джуди, словно говоря сама с собой.

Он повернулся и окинул ее изучающим взглядом.

— Я прочел в вашей регистрационной карте, что вы вдова. Давно умер ваш муж?

— Три года.

— Три?.. И долго вы были женаты?

— Полжизни…

Всю жизнь, подумала Джуди. Время, проведенное с Джоном, казалось вечностью. Всю жизнь — вдвоем.

— И вы были счастливы. — Это уже не вопрос, а спокойное утверждение.

— Да.

После очередной паузы мужчина поинтересовался:

— А почему вновь не вышли замуж? Не встретили никого достойного или…

Джуди рассердило излишнее любопытство собеседника.

— У меня двое детей и собственное дело. Свободного времени совсем нет.

В его серых глазах вспыхнули насмешливые искорки.

— Какая трата времени!

Женщина почувствовала, как краска заливает ее лицо.

— Я очень благодарна вам за помощь, но должна сказать, что не люблю обсуждать свою личную жизнь с незнакомцами.

— Как это по-английски! — съязвил Марчелло.

— Да, я и есть англичанка.

— Это предупреждение?

Джуди пожала плечами и не ответила.

— Буду иметь в виду.

Женщина с облегчением заметила, что они уже приближаются к отелю. Территория комплекса выглядела очень красиво ночью, в теплом свете фонарей. Подъехав ближе, они услышали музыку, доносящуюся из-за закрытых дверей бара. Окна были ярко освещены, сквозь них просматривались люди за столиками, белый рояль. На нем играл мужчина, а вокруг стояли слушатели.

Марчелло обернулся к Джуди, грациозно откинувшись на спинку сиденья. Но что-то в его позе было от животного, готового в любой момент к решающему прыжку. Их колени слегка соприкоснулись, и Джуди вздрогнула.

— Так. Дело не шуточное. Медсестра осмотрит вас перед сном.

— Со мной все в порядке, — сказала женщина, выходя из машины. Но, как назло, она поскользнулась на узкой мраморной дорожке. Чтобы не упасть, пришлось ухватиться за машину. Услышала, как Марчелло что-то едва слышно пробормотал по-испански. Потом подошел к ней и обхватил за талию. Его пальцы оказались чуть ниже груди, и Джуди почувствовала озноб от легкого возбуждения.

Я же тону в чувствах, подумала она. Он не должен этого заметить.

Ее колени вновь подкосились. Она едва стояла и так сильно дрожала, что пришлось опереться на Марчелло.

— Только не падайте в обморок. Все! Без разговоров к медсестре. Вы можете идти? — он произнес это быстро, тоном, не терпящим возражений.

— Конечно, могу, — резко ответила Джуди, убрала его руку и стала подниматься наверх. Мраморная лестница оказалась не более безопасной, чем дорожка. Несколько секунд Марчелло наблюдал за женщиной, потом пробурчал что-то по-испански, отчего у нее пробежали по телу мурашки, догнал и легко, словно перышко, взял на руки. Джуди осознала, что практически лежит у него на груди. Голова закружилась, женщина позволила себе откинуться на его руку и закрыть глаза, боясь, что он обнаружит ее волнение.

Она услышала любопытные голоса, обсуждающие их, и испугалась: что же люди подумают? Кто-то заговорил с Марчелло по-испански. Тот ответил без промедления и понес ее в глубину фойе. Мгновением позже они плавно поднялись на лифте на второй этаж. Лифт остановился, и она приоткрыла веки. Увидела длинный и пустой, весь в коврах, коридор. Он ведь не понесет ее к себе в комнату? Неприятно засосало под ложечкой. Джуди открыла глаза и пробормотала:

— Пожалуйста, отпустите меня, сеньор. Я в порядке и хочу пойти к себе.

Марчелло помедлил и цинично произнес:

— Не бойтесь, это всего лишь медицинский кабинет, а не мой номер. И я не собираюсь к вам приставать.

— А я об этом и не думала, — покраснев, проговорила Джуди.

— Да уж! Тогда почему у вас так бьется сердце и вы дрожите, словно листок на ветру.

Ей захотелось исчезнуть в этот момент, провалиться сквозь пол. Дверь открылась, и миловидная женщина поприветствовала их. Позади нее Джуди разглядела обычную обстановку медицинского кабинета: белые стены, подъемные жалюзи на окнах, стол, кресло и каталку для пациентов, обитую кожей. Медсестра вежливо улыбнулась и заговорила с управляющим по-испански, а тот ответил по-английски, так, чтобы поняла и его подопечная. Весьма трогательно и заботливо, отметила она про себя.

— Это миссис Тэтчер, сестра. Она живет в нашем отеле. На нее напал грабитель. Вреда не причинил, но, думаю, она в шоке. Присмотрите за ней, пожалуйста, пока я позвоню в полицию.

— О, конечно, сеньор. — Сестра решительно взяла Джуди за руку. — Пожалуйста, заходите, миссис Тэтчер. Как вы себя чувствуете.

Марчелло исчез. Женщина посадила пациентку на стул и задала несколько вопросов, проверила пульс, температуру и давление, потом улыбнулась.

— О'кей. Никаких проблем, миссис Тэтчер. — Испанский акцент в ее английской речи был более явным, чем у шефа. — Сердце бьется слишком быстро, но это не страшно. Вам просто нужно отдохнуть.

В дверь постучали. Сестра отозвалась по-испански. Затем дверь открылась, и заглянул управляющий с вопросительно поднятыми бровями. Сестра что-то объяснила ему, Марчелло кивнул и ушел.

— Ну что ж, хорошо. Скоропостижная кончина вам не грозит, миссис Тэтчер.

— Я знаю, — произнесла Джуди, вновь всем телом ощутив даже короткое присутствие этого мужчины и пытаясь скрыть свои чувства. Она повернулась к медсестре: — Спасибо, что позаботились обо мне.