— Не плачь, Хевен! — поглаживая меня по голове, сказал Логан. — Твой отец будет жить. Он настоящий боец, ему есть ради чего жить, — ради своей жены, ради сына и ради тебя. Он отважный мужчина, с крутым характером, но отныне он будет иначе смотреть на жизнь.

— Том погиб, разве ты не знаешь? — воскликнула я. — Логан, Тома больше нет, он умер!

— Он погиб как герой, и все это знают, Хевен. Если бы он не отвлек на себя львов, они бы растерзали укротителя, и его четверо детей остались бы без отца. Благодаря твоему брату он выжил. А теперь ступай и скажи что-нибудь своему отцу.

Что я могла сказать человеку, которого я всегда хотела полюбить, но так и. не смогла? И что он мне мог сказать теперь, когда слова уже ничего не могли изменить в наших отношениях? Я вошла в палату и увидела, что отец смотрит на меня через щелку в повязке для глаз. Он сделал знак забинтованной рукой подойти к нему поближе.

— Прости меня, — прошептала я. — Прости меня за Тома. — Слезы потекли по моим щекам, и я торопливо вытерла их рукой. — И за все, что было не так между нами.

Мне показалось, что он произнес мое имя, но я больше не в силах была стоять возле него, повернулась и выбежала из палаты. Остановилась я лишь на улице, налетев с разбегу на фонарный столб и обхватив его руками. Как же мне дальше жить без Тома, ну как же мне жить дальше?!

— Успокойся, Хевен! — услышала я голос Логана, который подошел ко мне вместе с дедушкой, семенящим за ним. — Что сделано, то сделано, и мы ничего не можем изменить.

— Фанни даже не пришла на похороны! — прижимаясь к его груди, всхлипнула я, обрадованная тем, что Логан смог мне все простить.

— Разве это имеет какое-то значение? — спросил он, беря меня за подбородок и пытливо вглядываясь мне в глаза. — Разве мы с тобой не чувствовали себя спокойнее и лучше, когда ее не было рядом?

Он напомнил мне в этот момент заботливого и отзывчивого Троя, и я прижалась к его груди, пытаясь унять слезы. Он обнял меня за плечи и повел к машине.

— Ты заблуждалась, думая, что не нужна мне! — сказал Логан по дороге домой.


Шепот листвы, музыка ветра в высокой траве, пьянящий запах диких цветов постепенно излечили меня. Но зеленые глаза Тома еще долго повсюду мерещились мне, и голос его звучал у меня в ушах всякий раз, когда я нуждалась в его совете. Он ободрял меня, говорил, что я должна выйти замуж за Логана, но покинуть эти горы и долину, как только не станет дедушки.


Мы похоронили дедушку шестнадцатого октября, рядом с его любимой женой Энни. Проститься с ним пришли все Кастилы — отец, Стейси, Дрейк, Фанни, я — и вместе с нами все жители Уиннерроу. Это храбрый поступок Тома, а не мое образование и богатство, и не моя шикарная машина и одежда, снискал их уважение к нашей семье.

Я оплакивала дедушку, как родного. А перед тем как уйти с кладбища, отец взял меня за руку и сказал:

— Прости меня, я во многом виноват перед тобой. — Голос его прозвучал неожиданно мягко и тихо. — Желаю тебе успеха во всех твоих начинаниях и счастья в жизни. И смею надеяться, что ты хотя бы изредка будешь навещать нас в нашем доме.

Я молча посмотрела ему в глаза и, не найдя подходящих слов для ответа, только кивнула головой.

А вдали отсюда, в огромном и пустом доме, меня ждал другой мой отец. И, глядя на Уиннерроу со склона холма, я поняла, что когда-нибудь непременно вернусь в усадьбу Фартинггейл, но уже не как Кастил или Таттертон: теплый взгляд нежных глаз Логана подсказывал мне, что я стану одной из Стоунуоллов.


Примечания

1

Такое название получила акция протеста против беспошлинного ввоза англичанами чая в Северную Америку, что подрывало экономику английских колоний, борющихся за независимость. В 1773 г. члены тайной организации «Сыны свободы», проникнув на английские корабли в Бостонском порту, сбросили в море партию чая. В данном случае протест в г. Бостоне позволил герою провести историческую параллель. — Прим. ред.

(обратно)

2

4 июля празднуется День провозглашения независимости США.

(обратно)