Здание отеля было построено в форме бумеранга. Вход, комнаты прислуги, ресторан, сверху наш номер в середине и два крыла по два номера в каждом, всего пять номеров. Номера второго этажа имели лоджии, а наш номер две, одна маленькая со всеми лоджиями с этой стороны, а другая большая, с обратной стороны здания, на наружном выступе крыльев здания. Поэтому мы предпочитали уединяться там и проводили вечера за спокойной беседой. По нашему росту нас приняли за скандинавок, но с большим уважением. Еще бы! Я за два метра и Млада, под метр девяносто. Мы ходили все время в купальниках, а чтобы не смущать никого, мы старались днем отдыхать в номере или бродили в роще. Наши соседи так же отделялись и, как и мы предпочитали обходиться у моря без одежды. Прислуга была очень хорошая. Всегда в хорошем настроении милые тайские девочки, нередко ходили с открытой грудью. Очень милые личики, приятные и плавные манеры. Под стать им были, хозяйка с очень красивой и милой дочерью. Вскоре мы подружились с дочерью хозяйки, и она сидела с нами по вечерам, слушала наши разговоры, ничего не понимая, но при этом мило улыбалась. Она садилась рядом и могла часами поглаживать и массировать нам поочередно, руки, ноги, спину, шею.

Иногда мы осмеливались, и сидели топлес. Она, тоже, раздевшись до легких плавочек, под полупрозрачным саронгом, поочередно укладывала нас на кушетку в холле и массировала все тело. Разумеется, мы принимали все процедуры обнаженные. Что-то в этом массаже было такое необычное и эротическое. Потому, что Тхавонг, так звали дочку хозяйки, все делал так необычно ласково и нежно, что мурашки бежали все время по коже, пока она трогала тело своими тонкими и маленькими ладошками. Она все время очень искусно подкрашивалась, выгодно подчеркивая легкий румянец щек на смуглом личике. Я обращала внимание, как она возбуждалась, когда массировала мой живот, бедра и грудь. Она низко нагибалась, казалось, что впитывала запах самого моего тела и немного учащенно дышала, изредка томно поглядывая в лицо, как бы спрашивая о чем-то большем, чем эти поглаживания.

Глава 6. Начинаются превращения

Однажды мы с Младой решили уйти на самый дальний конец острова и рано выскользнули из отеля. Примерно через полчаса мы вышли на мыс, который полукруглой песчаной косой уходил в океан, образуя небольшую лагуну, защищенную трех метровым валом песка с двух сторон. Мы, сбросив одежды, с удовольствием наплавались в лагуне, а затем, обнаженные, бродили по мелководью и собирали диковинные раковины.

Мы с ней дремали за кустами в лучах восходящего солнца и не заметили, как в лагуне появились еще пловцы. Я первой услышала приглушенные и радостные голоса, поднялась и тихонечко выглянула из-за кустов. Прямо передо мной, шагах в десяти, на мелководье лагуны лежала на спине обнаженная Тхавонг. В ногах у нее на животе лежала наша маленькая горничная, Лонг и, опустив голову, с мокрыми волосами, между ног Тхавонг, что-то делала там с ней ртом. Сначала я не поняла, что она делала, а потом, не поверила своей догадке. Лонг взяла в рот и игралась пенисом Тхавонг! Я была поражена! От увиденной картины, мне кровь сразу ударила в голову, и застучало в висках от возникшего возбуждения. Я смотрела и видела, как на моих глазах две вчерашние девочки занимаются любовью как мальчики и у них есть все то, что им надо. У Тхавонг маленький, а у малышки Лонг длинный и изогнутый кверху, довольно напряженный лингамчик. Я задыхалась от вожделения увиденной картины. Между тем обе участницы, пусть уж я буду продолжать их так называть, не теряли времени даром. Наша маленькая Тхавонг, припала на четвереньки и, опустив плечи, прогнула спинку и выставила угощение для малышки Лонг. Та, стоя на коленях, завела руку и приложила свой тонкий и выгнутый лингамчик к торчащей вверх попке Тхавонг. Они принялись сношаться. Я уже так возбудилась, что не могла одна дальше смотреть на этих любовниц. Осторожно вернулась к Младе и, приложив палец к губам, поманила ее за собой. Млада хотела что-то спросить, но я на нее зашипела.

— Тссс!! Тише! Ползи за мной и смотри на этих обезьянок.

Я потянула Младу за руку и, подтолкнув вперед себя, заставила разглядывать наших обезьянок. Я лежала в ногах, у Млады. Подстегиваемая сладостными стонами наших девочек я крепко вцепилась в булочки ее мягкой и обнаженной попки. Тело Млады напряглось, она обернулась ко мне с широко раскрытыми и удивленными глазами и, путая слова, прошептала.

— Так они не девойки, они девок, гуи? — Видя, что я не понимаю, она мотает головой и поправляется.

— Так они гаи, нет… Они парни?! Геи?

Она отползает ко мне, ее разгоряченное лицо выдает возбуждение. Она ищет мою руку, хватает ее, тянет за собой. Я упираюсь. Она оборачивается, смотрит на меня возбужденно, а затем ползет, наваливается на меня своим вспотевшим и горячим телом и, тесно прижавшись, громко шепчет прямо в самое ухо.

— Я тоже хочу!!! Хочу как они.

И смеется. Ее чертовские красивые глазки прищурены и весело прыгают у меня перед самыми глазами. Она продолжает налезывать на меня и все время хихикать.

— Анжи! Дорогая, я тоже хочу так!!! — Яростно шепчет она мне прямо в самое ухо.

Ее шепот мне в самое ухо оглушает. Я отталкиваю ее от себя, и она змейкой скользит вниз, вдоль моего тела, а затем вдруг, припадает ртом к моей киске. От неожиданности я замираю, а она, воспользовавшись моим замешательством, разводит руками и крепко подхватывает мои ноги, глубоко зарывается лицом между моих ног. Секунду я чувствую ее горячие губы и язык, который врываются между моих маленьких губок и неумолимо лезет дальше, внутрь моего лона.

Обнаженной спиной и ногами я чувствую, как в меня больно упираются кончики веток куста. Я, наконец-то прихожу в себя, и руками, с силой стараюсь, оторвать голову Млады, от себя. Я борюсь сразу с двумя, с впивающимися в мое тело ветками и Младой. Секунду мне кажется, что я побеждаю. Но затем меня предает мое тело. С каждым мгновением я ощущаю, как вместе с рывками моего тела, под натиском бешеных ласк, мои руки слабеют. Я чувствую ее горячие губы и скользкий и горячий язык, ощущаю щемящие касания, лизания, остро тянущие толчки ее языка. Мое тело, все эти долгие месяцы ждущее ласк, вместо борьбы, с каждой секундой слабеет и наливается ответной страстью. Я все еще пытаюсь сохранить преданность своей любимой Женьке и сопротивляться, поэтому громко шепчу ей.

— Млада! Прекрати! Что ты делаешь!!!

— Ты слышишь… милая!!! — Внезапно срываются у меня с губ, эти, такие желанные слова.

— Милая, милая, моя девочка! — уже страстно шепчу я. — Что ты со мной делаешь? Ты губишь меня! Ми. ла. я! А..а..а!!! — Стону.

Я слышу, но уже не понимаю, что я дальше шепчу ей. Мне уже кажется, что это не Млада, а Женечка, сладко ласкает и терзает мое лоно. Я вся обращаюсь к ней, навстречу своей вывернутой и чувствительной плотью. Ощущаю каждое прикосновение и движение ее влажного и горячего языка, внутри немеющего в истоме и восторге тела. Я понимаю, что не могу этого видеть, но у меня перед глазами все время ее распростертые губы и язык, проникающий в меня сильно и глубоко. Я начинаю ощущать, как под непрерывным натиском необузданной, в своей страсти Млады, я начинаю чувствовать и ждать ударов этой чудесной волны вожделения, которая с каждой секундой все, нарастая, поднимается изнутри меня. Вот уже первые волны ее сотрясают мое тело, заставляя сжиматься внутри все мои внутренности и мышцы. Я уже почти нечего не чувствую вокруг, кроме этих волшебных накатов, посылаемых мне Младой. Сквозь эти накаты вдруг прорывается мысль. А как же любимая, как же Женечка? Но я, тут, же теряю эту мысль, под ударами языка Млады, безжалостных ощущений от его глубокого проникновения в самое лоно.

— Еще, еще! — Шепчу я, вместо слов раскаяния и отчаяния.

— Еще, еще, милая! — Почти в полуобморочном сознании шепчу я.

И вдруг, когда я ее еще не жду, на меня налетает и захлестывает, сокрушающая весь окружающий мир волна оргазма.

— Нет!!! А…а!!!

Видимо громко кричу я, потому, как в последнее мгновение перед сладким провалом чувствую на губах, горячую ладонь Млады, которая прикрывает мой перекошенный страстью рот.

Несколько секунд я ничего, кроме этих волшебных, изливающихся толчков изнутри лона, не чувствую.

А затем на меня валится действительность. Буквально наваливается, вместе с тяжестью потного тела Млады. Я продолжаю еще ощущать эти наркотические приливы к лону и даже все еще не могу открыть глаза, а руки уже подхватывают и тянут, к лицу, скользкое тело Млады. Я ощущаю ее дыхание и тут же касаюсь ее рта, своими жадными губами. Поцелуй сбивает дыхание и я, отстраняясь от ее лица, жадно хватаю горячий воздух. Открываю глаза. Прямо в самое сердце заглядывают ее темно коричневые зрачки. Ощущаю на себе ее горячее, мокрое и не легкое тело. Облизываю губы. Чувствую привкус собственных соков, захваченных с ее губ. И тут, я уже не могу сдерживаться и со стоном, преодолевая нестерпимую боль в спине, приподнимаю наши тела и переваливаюсь на бок, а затем сажусь.