- Иди, чего опять замер, оглох, что ли, иди, тебе говорят.

Я вошел, двери, закрывшиеся за мной, слегка хлопнули. Сидевший за пультом человек поднял голову и посмотрел на меня.

- Кто такой, чем могу служить?

Я не знал, что ему сказать, но в данной ситуации решил все-таки ответить сразу.

- Я историк, художник, а вот что мне здесь нужно, сам не знаю. Взяли, привели, куда, зачем, понятия не имею.

Человек встал из-за пульта.

- А, вот вы, мой чудесный, наконец-то и пришли.

- Может, вы меня с кем-то путаете? - спросил я на всякий случай.

- Нет, ни с кем я вас не путаю, летописец ты наш славный. Вы-то мне и нужны.

- Извините, - начал я. - Однако, я вас впервые вижу и даже представить себе не могу, зачем я вам понадобился и кто вы такой.

Человек вышел из-за пульта и, положив руки за спину, подошел ко мне.

- Кто я? - он улыбнулся. - Я - Рап, а нужны вы мне, любезнейший, вот зачем, - он погладил свою бородку. - Сегодня, точнее, вчера вечером, произошло великое свершение. Жители нашей колонии впервые в истории осуществили переход власти в свои руки. Теперь не избранная горстка элиты будет безраздельно править нами, а сами люди будут вершить свою судьбу.

Я слушал его, и с каждой минутой становилось все страшнее за произошедшее.

- В течение ночи, - продолжал он. - В течение одной только ночи мы имеем отличный результат. Почти весь корабль перешел во власть членов колонии.

Я не выдержал.

- Простите, а что, на других кораблях вам это не удалось, или там сейчас идет, так сказать, переход власти к вам?

Рап посмотрел на меня с хитринкой.

- Нет, мы победили только здесь. На других кораблях у нас еще нет такой силы, но стихийные движения уже сейчас вспыхивают на некоторых из них. Кстати, прежде, чем мы продолжим нашу беседу, хочу вам кое-что сообщить. Садитесь, не стойте, - он указал на кресло рядом со мной.

Я сел, он прошелся к пульту и обратно.

- Так вот, я хочу вас уведомить, что отныне вы будете умом и глазами, мозгом, созерцающим беспристрастно и холодно окружающую действительность. Вы можете иметь свое мнение на все, что хотите, вы будете ходить и летать там, где хотите, говорить и делать, когда и как хотите, но. Но вы не имеете права, точнее, я вас и не пущу дальше самого себя. Вы, вот ваш потолок действия и познания, больше ни одна душа не будет знать и понимать больше или столько же, сколько вы. За исключением меня, конечно же. Вы можете послать даже меня, куда угодно, и ничего вам не будет, можете ругать нас всех и все прочее, словом, можете все. Я решил сделать такого человека сам, этот человек, то есть, вы - это глаза вселенной, голос вечности, могучий и знающий столько же, сколько и я.

Я немного отошел.

- Так, я так понял, Рап, вы меня хотите сделать чем-то вроде шута у королей прошлого. Что ж, глупо выбирать между смертью, как я понимаю, и таким предложением, хотя я, пожалуй, выберу смерть, нежели видеть, что вы тут напортачите. И пусть завтра ваш путч захлебнется, другие корабли ведь не ваши, я предпочту умереть с чистой совестью.

Рап засмеялся.

- Ах, уж мне эта старая закалка, благородство и чистота. Вы весьма наивны, уважаемый. Я совсем не предлагаю вам эту роль, я вас в нее определяю и сам же буду четко следить, чтобы вы в ней все время находились. А что до других кораблей, то предоставьте это дело мне, ваша забота - это, наверное, как и раньше, никаких забот.

Можете сидеть здесь, можете идти гулять по ярусу, в остальных местах стреляют. Вас пропустят везде, где есть наши люди. Сейчас вам принесут специально сделанный для вас комбинезон, по нему вас узнают везде. Даже я не имею такой роскоши, как свобода выделяться среди всех одеждой, я выделяюсь индивидуальностью, радуйтесь, что же вы, такая честь.

Его лысина блеснула под лучом верхней лампы. Сзади открылась дверь. Огромного роста солдат с автоматом за плечом подошел и положил мне ярко-желтый свернутый комбинезон.

- Ну, вот, - услышал я Рапа. - Одевайте, не глупите, деваться вам все равно некуда.

Рап уселся за пульт и, время от времени следя, как я переодеваюсь, стал отдавать какие-то невнятные команды находящимся на связи операторам. Я переоделся и сел в кресло. Рап руководил дальнейшим захватом корабля. По его командам и докладам операторов я понял, что они уже почти захватили двигательную установку. Судя по всему, это было последнее место, где еще оставались силы, пытавшиеся им противостоять. Прошло около часа. Рап сделал звук динамиков больше и устало вышел из-за пульта.

- Трудный день, много дел, голова что-то болит.

Я, не скрывая, разглядывал его.

- Послушай, а почему именно я?

Рап оглянулся на меня.

- О, вот и молодец, давай на ты, я согласен, все равно придется когда-нибудь. Тебя? Да, как тебе сказать, нужен был гуманитарий, ну, словом, чтобы эдакий пространный кто-нибудь, у таких восприятие окружающее лучше.

- Но я же такой не один на корабле.

Рап разминал суставы.

- Да, ты такой не один, вас таких много. Тем более, считай, что тебе особенно повезло. Найди мои ребята кого-нибудь такого до тебя, и все, валялся бы ты где-нибудь в мусорном отсеке.

Я представил себе эту картину, и мне стало не по себе. А ведь где-то сейчас валяется Бэрт, его коллеги по совету, многие те, для кого благо колонистов было кое-чем большим, чем гарант своего благополучия. Что передо мною подлец и негодяй, я даже не сомневался, но вот, как быть дальше, совершенно не знал. А наилучшим выходом, пока я не разберусь во всем до конца, будет просто молчание. Молчание моего истинного я. Рап присел пару раз, хрустя коленями. Ему было лет пятьдесят, может быть, с чем-то, фигура, эдакий пузатенький мужчина, низкого роста. Весьма странно было видеть при почти лысой голове довольно густую бороду и усы.

- Тебе не скучно, - спросил Рап.

Я подумал.

- Скучно, к тому же я со вчерашнего обеда ничего не ел.

Рап выпрямился.

- А, ясно, - он подошел к пульту. - Принесите-ка нам чего-нибудь перекусить и побыстрее, - Он выключил передатчик.

- Ну, ладно, сейчас мы с тобой перекусим, и потом тебя проводят в твою комнату. Ты уж извини, но до завтра тебе надо будет там посидеть. Свобода твоя безгранична, но только, когда все спокойно, а пока еще есть на корабле те, кто в нас стреляет, то, увы, надо терпеть.

Я усмехнулся.

- Такие, которые в вас стреляют, будут всегда.

Рап стал серьезнее.

- А вот это мы посмотрим, клянусь, что уже послезавтра я сам смогу свободно гулять по кораблю без охраны.

Принесли еду. Прекрасно оформленная пища внушала уважение к повару. Ананасы, рябчики, в условиях переброски такого не ел никто, даже в руководящих эшелонах. И хотя никогда не было такого, что продуктов нет, все же подобного не видел, я уверен, никто.

Через полчаса после еды я стал неожиданно засыпать. Рап увидел это и, вызвав двух солдат, приказал отвести меня к себе.

Куда они меня вели, я не помню, но помещение было новое, чистое, и я сразу уснул.

Пелена сна проходила медленно. Уже проснувшись, но еще не встав, я решил поразмыслить над своим весьма вопросительным положением. Я был раздет, как ни странно, кем-то побрит и одет во все свежее, видимо, перед этим еще и помыт. Все это казалось тем более странным, что я заснул вчера, насколько я помнил, в раскладном кресле, а сейчас лежал на шикарном диване. Похоже даже, что не в той комнате, где был сперва. Лежать надоело, да и, как назло, затекла рука, и я понемногу стал вставать. На кресле висел мой ярчайший желтизны комбинезон, на левой части его груди я заметил какой-то знак. Развернув его в руках, я увидел наведенный черным замысловатый узор. Наверное, по этому знаку меня и должны были, по словам Рапа, узнавать его люди.

Потратив полчаса на умывание и завтрак, уже ждавший меня на подносе возле дивана, я решил воспользоваться своей свободой и навестить Рапа. Помещение, в котором я находился, и вправду было не тем, в которое меня привели в первый раз. Это была комната, отстоявшая от капитанского центра на целых два поворота. Перед дверями Раповского кабинета по-прежнему стояли двое в черном, и хотя это были уже другие люди, дверь передо мной открылась незамедлительно.

В помещении, склонясь над картой, расстеленной на полу, стояли трое. Рапа я узнал сразу, двое других были мне незнакомы.

- А, вот и он. Прошу любить и жаловать, а также знакомиться, - Рап указал рукой на меня. Двое его собеседников качнули приветственно головами.

- Это наш стратег, - взяв за плечо одного из них, представил Рап. А вот это наш железный соратник, начальник службы порядка, - Рап указал на второго. - Пока мне здесь особенно некогда с тобой, пойди, походи с ним по кораблю, можешь слетать на другие, - Рап злорадно улыбался.