— Я имею в виду мозги, не пропитанные хлорированной водой, — пояснила Айви. — Знаешь, мне никогда не нравились спортсмены. Мне важно, чтобы с парнем было о чем поговорить.

— Зачем? — пренебрежительно фыркнула Сюзанна. — Ты ведь разговариваешь с ангелами!

— Не начинай, — устало попросила Айви.

— С ангелами? — переспросила Бет, сидевшая за соседним столиком и с любопытством подслушивавшая их разговор. — Ты беседуешь с ангелами?

Сюзанна возмущенно закатила глаза и снова повернулась к Айви.

— Надеюсь, в твоей коллекции крылатых красавчиков есть хоть один ангел любви?

— Есть.

— И о чем ты с ними разговариваешь? — снова влезла в разговор Бет. Она уже открыла свой блокнот и деловито занесла над ним карандаш, намереваясь дословно запротоколировать слова Айви.

Сюзанна сделала вид, что не замечает ее присутствия.

— Знаешь, Айви, если у тебя и есть ангел любви, то он явно ворон считает, — решительно объявила она. — Пора напомнить этому лодырю о его непосредственных обязанностях.

Айви молча пожала плечами. Нельзя сказать, чтобы она совсем не интересовалась мальчиками, просто ее дни и так были заполнены до предела — музыка, работа в магазине, подготовка к экзаменам, забота о восьмилетнем братишке Филиппе. Кроме того, последние месяцы выдались особенно непростыми для нее, Филиппа и их матери. Тут без помощи ангелов было не обойтись.

После того январского дня Бет все-таки заставила Айви рассказать ей об ангелах, а потом показала ей несколько своих коротких любовных рассказов.

Айви нравилось болтать с Бет. Будущая королева любовных романов была румяной и круглолицей, с прямыми волосами до плеч, которые она упрямо красила в цвет искусственной седины; Бет одевалась в причудливом стиле, представлявшем собой нечто среднее между безумием и безвкусицей, и прожила множество жизней, исполненных страсти и романтики, — в своем воображении, разумеется.

Красавица Сюзанна, с роскошными длинными черными волосами, выразительными бровями и выступающими скулами, тоже без устали гонялась за сердечными переживаниями. Она стремительно загоралась и так же быстро гасла, поэтому успела пережить множество мимолетных увлечений в школьных классах и коридорах, оставляя за собой разбитые сердца парней из средней школы Стоунхилл. Бет и Сюзанна никогда раньше не дружили, однако в феврале они стали союзницами в одном общем деле — сведения Айви с Тристаном.

— Я слышала, что он очень умный, — как-то заметила Бет за обедом в столовой.

— Мега-мозг, — решительно поддержала Сюзанна. — Лучший ученик в классе.

Айви вопросительно приподняла брови.

— Ну, или типа того.

— Видишь ли, плаванье — это очень сложный вид спорта, — продолжала Бет. — Это только со стороны кажется, что пловцы только и делают, что снуют взад-вперед, но у такого парня, как Тристан, всегда есть особый план, и перед каждым заплывом он составляет сложную выигрышную стратегию.

— Ну да, ну да, — покачала головой Айви.

— Мы тебя просим сходить только на одно соревнование! — настойчиво заявила Сюзанна.

— И сесть в первом ряду, — добавила Бет.

— И позволить мне одеть тебя для этого дня, — закончила Сюзанна. — Ты прекрасно знаешь, что я подбираю тебе одежду гораздо лучше, чем ты делаешь это сама.

Айви только головой покачала. На протяжении всех этих дней она уже не раз задумывалась над тем, как ее подругам вообще могло прийти в голову, что такой парень, как Тристан, может обратить на нее внимание.

Но когда Тристан, взяв слово на общешкольном собрании, стал говорить о том, как важна школьной команде поддержка болельщиков на последних состязаниях, и при этом все время смотрел только на Айви, она поняла, что ей просто не оставили выбора.

— Если мы проиграем эти соревнования, — грозно сказала Сюзанна, — то это будет на твоей совести!

И вот теперь, в ясный солнечный день в конце марта, Айви сидела и смотрела, как Тристан машет руками и ногами. Что ж, она готова быть объективной и признать, что у этого парня идеальная атлетическая фигура — широкие мускулистые плечи, красивая грудь, узкие бедра. Резиновая шапочка скрывала его волосы — насколько Айви помнила, они у него были густые, прямые и короткие.

— «Каждый дюйм его роскошного тела состоял из сплошных мускулов, — отрешенно прошептала Бет. Пощелкав ручкой, которую она уже успела отобрать у Сюзанны, она принялась быстро строчить в блокноте: — Он напоминал сверкающую скалу. Твердую и грубую в руках скульптора, мягкую и податливую под руками возлюбленной…»

Айви заглянула в блокнот Бет.

— Что на этот раз? — поинтересовалась она. — Стихи или роман?

— Какая разница? — отмахнулась подруга.

— Пловцам приготовиться! — погремел голос стартера, и участники заплыва взобрались на тумбы.

— Вот это да! — промурлыкала Сюзанна. — Эти крошечные плавки не оставляют никакого простора воображению, просто беда. Хотела бы я посмотреть, как в них выглядит Грегори.

— Тише, — пихнула ее локтем Айви. — Он тут рядом.

— Я знаю, — громко ответила Сюзанна, запуская пальцы в волосы.

— Но твои замечания…

Бет наклонилась вперед, чтобы получше рассмотреть Грегори Бэйнса.

— «Его худощавое тело, холеное и хищное…» — забормотала она, строча в блокноте.

Бах!

— У тебя все прилагательные начинаются на букву «х», — сухо заметила Сюзанна.

— Так и задумано, — кивнула Бет. — Аллитерация этой согласной дает сходство с тяжелым, сбивающимся, дыханием. Разве ты не слышишь — хриплый, хищный, холодный…

— Вы вообще будете смотреть на соревнования? — перебила ее Айви.

— Айви, это заплыв на четыреста метров. Туда-сюда и обратно. На что тут смотреть?

— Ах, вот в чем дело! А я-то все жду, когда же Тристан продемонстрирует свой мега-мозг, разработав безупречную выигрышную стратегию в этом сложнейшем виде спорта! — сострила Айви.

Бет снова схватила ручку.

— «Он парил над водой, как ангел, отчаянно мечтая о том, чтобы его холодные водяные крылья превратились в теплые руки, готовые обвиться вокруг Айви…» Сегодня у меня определенно прилив вдохновения!

— У меня тоже, — многозначительно заметила Сюзанна, переводя глаза с шеренги пловцов, выстроившихся перед тумбами, на Грегори.

Проследив за ее взглядом, Айви поспешно отвернулась к бассейну. Последние три месяца Сюзанна вела охоту — хищную, хитроумную и хваткую — на Грегори. В глубине души Айви страстно мечтала, чтобы ее подруга переключилась на какой-нибудь другой объект, и сделала это как можно быстрее, по крайней мере, до первой субботы апреля.

— А это еще что за брюнеточка? — спросила Сюзанна. — Терпеть не могу миниатюрных девчонок! Грегори плохо смотрится рядом с такой пигалицей. Маленькое личико, маленькие ручки, маленькие изящные ножки…

— Большие сиськи, — заметила Бет, отрываясь от блокнота.

— Кто она такая? Ты ее раньше видела, Айви?

— Сюзанна, ты учишься в этой школе намного дольше, чем…

— Ты на нее даже не посмотрела! — возмущенно перебила ее Сюзанна.

— Потому что все мое внимание приковано к нашему герою, как мы и договаривались. Кстати, что значит — таран! Почему, когда Тристан разворачивается, все орут: «Таран»?

— Это его прозвище, — ответила Бет. — Так его прозвали за стиль плавания. Разве ты не заметила, что он все время бросается головой вперед, словно пытается пробить бетонную стену?

— Понятно, — вздохнула Айви. — Первый признак мега-мозга — со всей дури бодать головой бетонную стену. Кстати, как долго обычно длятся эти состязания?

— Айви, да отвлекись ты на минуточку! — умоляюще застонала Сюзанна, дергая ее за рукав. — Посмотри вон туда и скажи, кто эта брюнетка!

— Твинки.

— Ты это только что придумала! — возмутилась Сюзанна.

— Это. Твинки Хаммонде, — повторила Айви. — Она учится в старшем классе нашей музыкальной школы.

Устав от назойливого разглядывания, Твинки резко повернулась и смерила Сюзанну неприязненным взглядом. Сидевший рядом с ней Грегори заметил выражение ее лица и тоже обернулся через плечо. В тот же миг лицо его озарилось ослепительной улыбкой.

У Грегори Бэйнса была очаровательная улыбка, темные волосы и серые глаза.

«Очень красивые серые глаза», — честно призналась себе Айви.

Грегори был высоким, однако вовсе не рост выделял его из толпы. Его делала особенным уверенность в себе. Он был словно актер, звезда большого кино, который даже после завершения карьеры чувствует себя частью великого искусства и держится особняком, считая себя лучше всех остальных. Бэйнсы были самыми богатыми обитателями богатого городка Стоунхилл, но Айви знала, что вовсе не деньги, а крутизна и равнодушие делают Грегори столь привлекательным в глазах Сюзанны. Дело в том, что ее подруга всегда хотела именно того, чего не могла получить.