Интернет-библиотека NemaloKnig.net: читай-качай!

Пигафетта Антонио - книги автора

Творчество автора (Пигафетта Антонио) представлено в следующих сериях книг: Великие путешествия

 Название
 Серия
 Жанр
Америго Веспуччи. Фернан Магеллан

Книга посвящается двум выдающимся путешественникам-мореплавателям. Первый из них – Америго Веспуччи. Его именем назван целый материк. Второй – Фернан Магеллан. Он совершил первое кругосветное путешествие, открыл пролив в южной оконечности Америки, доказал, что Земля круглая.

Документальные материалы, а также яркие повествования Стефана Цвейга знакомят нас с деяниями этих двух людей, имена которых отражены на карте мира, в истории культуры, открытий и путешествий.

Серия:
 
Путешествие Магеллана

Гагарин, Линдберг, Магеллан… что объединяет эти имена? Они были первыми! Гагарин первым облетел нашу планету в космическом корабле, Линдберг первым в одиночку перелетел Атлантический океан на самолете, экспедиция Магеллана первой обогнула Землю по морю.

Фернан Магеллан (1480—1521), выдающийся португальский моряк, воин и первопроходец, доказал на практике то, что до него только робко предполагали: Земля – круглая…


1492 год был судьбоносным для истории Пиренейского полуострова. В январе пал Гранадский эмират: окончилась длившаяся восемь столетий Реконкиста. А третьего августа к берегам далекой Индии – которая окажется Америкой – отправилась первая экспедиция Христофора Колумба.

В этом году придворному пажу португальского короля Жуана II (который восемью годами ранее отверг проект Колумба) Фернандо де Магеллану исполнилось 12 лет. Возможно, именно тогда у него родилась честолюбивая мечта о Великом кругосветном плавании.

Прошло 13 лет. В 1505 году Магеллан отправляется в Индию. Семь лет он воюет на море и на суше, получает за храбрость чин капитана, служит на Яве, Суматре, в Мозамбике, по возвращении в Португалию снова воюет – подавляет восстание в Марокко…

Подав в 1517 году преемнику Жуана II королю Мануэлю I проект достижения Молуккских островов западным путем, Магеллан, как и Колумб, получает отказ. И так же, как Колумб, отправляется в Испанию – чтобы 20 сентября 1519 года на пяти маленьких кораблях с 265 членами экипажа уйти в свое последнее плавание.

Считается, что он отправился за пряностями: другое название Молуккского архипелага – Острова Пряностей. Конечно, так оно и было. Но еще он шел за мечтой.

Его убьют 21 апреля 1521 года. Еще через полтора года 18 оставшихся в живых членов команды единственного уцелевшего судна, «Виктории», вернутся в Испанию. Где будут объявлены вероотступниками – за то, что отмечали церковные праздники в неправильные дни (западный маршрут «съел» один день календаря). А привезенные ими пряности с лихвой окупят расходы на экспедицию…

Дневник Антонио Пигафетты, одного из уцелевших участников экспедиции, положен в основу настоящего издания. Его рассказ об этой великой и трагической экспедиции, дополненный блистательным биографическим очерком Стефана Цвейга «Магеллан», – захватывающее, полное драматизма и увлекательное изложение перипетий необыкновенной жизни и выдающегося подвига великого португальского мореплавателя.

И все-таки Магеллан сделал это! После своей гибели он доказал, что Земля круглая, что мечта сильнее смерти, что имена королей остаются в сносках на полях истории, пишут которую – первопроходцы.

Электронная публикация включает все тексты бумажной книги о беспримерной экспедиции Фернана Магеллана и базовый иллюстративный материал. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу. Издание богато иллюстрировано и рассчитано на всех, кто интересуется историей географических открытий и любит достоверные рассказы о реальных приключениях. Это издание, как и все книги серии «Великие путешествия», напечатано на прекрасной офсетной бумаге и элегантно оформлено. Издания серии будут украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, станут прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.

 

Схожие по жанру новинки месяца

  •  Самый счастливый человек на Земле. Прекрасная жизнь выжившего в Освенциме
     Яку Эдди
     Документальная литература, Биографии и Мемуары, Проза, О войне

    Эдди Яку всегда считал себя в первую очередь немцем, а во вторую – евреем. Он гордился своей страной. Но все изменилось в ноябре 1938 года, когда его избили, арестовали и отправили в концлагерь. В течение следующих семи лет Эдди ежедневно сталкивался с невообразимыми ужасами, сначала в Бухенвальде, затем в Освенциме. Нацисты забрали у Эдди все – его семью, друзей и страну. Чудесным образом Эдди выжил, хотя это спасение не принесло ему облегчения. На несколько лет его охватило отчаяние… Но оказалось, что невзгоды не сломили его дух. В один прекрасный момент, когда у Эдди родился сын, он дал себе обещание: улыбаться каждый день, благодарить чудо жизни и стремиться к счастью.

    В этой книге, опубликованной в год своего 100-летнего юбилея и ставшей бестселлером во многих странах мира, Эдди Яку рассказывает свою полную драматизма, боли и мудрости историю о том, как можно обрести счастье даже в самые мрачные времена.

  •  После тяжелой продолжительной болезни. Время Николая II
     Акунин Борис
     Приключения, Исторические приключения, Наука, Образование, История

    Этой эпохе посвящено больше литературы, чем всей остальной отечественной истории вместе взятой. Целые академические институты занимались «историей революции» – в сущности, очень коротким периодом.

    Пожалуй, можно сказать, что предыдущие тома «Истории российского государства» являлись подготовкой к этому. Попробуем разобраться в причинах гибели государства. Была – и остается – надежда, что если правильно проанализировать анамнез болезни, то, может быть, удастся с ней справиться при следующем обострении.

  •  СССР: от сталинского восстановления к горбачевской перестройке. Вторая половина 1940-х – первая половина 1980-х гг.
     Полынов Матвей Федорович
     Наука, Образование, История, Политика

    В послевоенный период Советский Союз прошел сложный и противоречивый путь развития. В экономике были достигнуты масштабные результаты: к середине 1980-х гг. по экономическим показателям он превратился во вторую державу мира. Однако на этапе постиндустриального развития СССР стал проигрывать в конкуренции с Западом. Значительные изменения произошли в развитии советского общества. Оно представляло из себя живой, развивающийся организм. Общество развивалось в сторону все большего разномыслия, в нем уже существовали носители различных идеологий. Уровень жизни советских людей в 1970-х — начале 1980-х гг. был значительно лучше по сравнению с предыдущими десятилетиями. В течение 40 лет в СССР проводилось большое количество реформ, которые имели как положительные, так и отрицательные последствия. К середине 1980-х гг. СССР стал нуждаться в системных реформах. К тому же, западная модель развития в мировом общественном мнении стала восприниматься как более перспективная, чем советская. Все эти факторы в совокупности, заставляли советское руководство перейти к реформам.

  •  Космические тайны курганов
     Шилов Юрий Алексеевич
     Наука, Образование, История

    В книге очерчен путь, пройденный археологией и языкознанием в постижении одной из самых волнующих тайн всемирной истории: формирования ариев и их священной книги «Ригведа». Значительный вклад в разработку этой проблемы внесен автором, который сумел расшифровать мифы, заложенные строителями «степных пирамид» в их конструкции и обряды.

  •  Московские коллекционеры
     Семенова Наталия Юрьевна
     Наука, Образование, История, Документальная литература, Биографии и Мемуары

    То, что сагу о московских коллекционерах написала Наталия Семенова, неудивительно. Кому ж еще? Одна из первых красавиц московского искусствоведческого мира, она никогда не гнушалась не самой, увы, заметной и завидной в своей профессии работы: сидела в архивах, копала, выкапывала, искала свидетелей, собирала по крупицам, копила знание, которое долгие годы казалось не особо-то и нужным. Она не хотела петь надменно-капризным голосом о красоте мазка и изяществе линий, как это делали ее коллеги разных поколений, но предпочитала знать об искусстве нечто куда более вещественное: как оно живет в реальном мире, сколько стоило и стоит, кто его покупает, где оно оседает. Сначала интерес был чисто академическим, но постепенно Москва обросла коллекционерами новой формации, в которых профессиональный историк не мог не увидеть черты московского купечества, на рубеже ХIХ-ХХ веков подорвавшего монополию аристократии на собрания высочайшего качества. Попытка понять тех коллекционеров показалась Семеновой актуальной. Эта книга — о людях, семьях, покупках и продажах. Но еще она о страсти — потому что собрать настоящую, вошедшую в историю коллекцию может только человек, захваченный этой страстью как болезнью (Семенова называет это "дефектный ген"). Главные ее герои — Сергей Щукин, Иван Морозов, Илья Остроухов. Но суть этой книги составляют не столько истории большой тройки, сколько вообще особый мир московского купечества. Там все другу другу в той или иной степени родственники, живут рядом, у всех куча детей, которые вместе учатся, в своем кругу женятся, пересекаются в путешествиях и делах. Там каждый со своими тараканами, кто-то сибарит, а кто-то затворник, кто-то бежит от всего русского, как от заразы, а кто-то не может себе помыслить жизни иной, чем московская, кто-то говорит на пяти языках, а кто-то и на русском-то до конца жизни плохо пишет, а собирает безошибочно. Одни сорят деньгами, другие не дадут и лишней полтины. И из круговерти этих характеров и причуд рождаются удивительные собрания. Русские купцы скупают Гогенов и Сезаннов, влюбляются в полотна мало кому нужного и в Париже Матисса, везут Пикассо в не переварившую еще даже импрессионистов Москву, где публика на это искусство смотрит, "kak эскимосы на патефон". Читать об этом русском чуде чрезвычайно увлекательно. Книга просто написана, но ее автору безоговорочно веришь. Академического труда, в такой степени фактологически наполненного, еще нет. Про "искусство и деньги" у нас все еще говорят вполголоса — но не Семенова. Лиза Бергер        

  •  Московские коллекционеры
     Семенова Наталия Юрьевна
     Наука, Образование, История, Документальная литература, Биографии и Мемуары

    То, что сагу о московских коллекционерах написала Наталия Семенова, неудивительно. Кому ж еще? Одна из первых красавиц московского искусствоведческого мира, она никогда не гнушалась не самой, увы, заметной и завидной в своей профессии работы: сидела в архивах, копала, выкапывала, искала свидетелей, собирала по крупицам, копила знание, которое долгие годы казалось не особо-то и нужным. Она не хотела петь надменно-капризным голосом о красоте мазка и изяществе линий, как это делали ее коллеги разных поколений, но предпочитала знать об искусстве нечто куда более вещественное: как оно живет в реальном мире, сколько стоило и стоит, кто его покупает, где оно оседает. Сначала интерес был чисто академическим, но постепенно Москва обросла коллекционерами новой формации, в которых профессиональный историк не мог не увидеть черты московского купечества, на рубеже ХIХ-ХХ веков подорвавшего монополию аристократии на собрания высочайшего качества. Попытка понять тех коллекционеров показалась Семеновой актуальной. Эта книга — о людях, семьях, покупках и продажах. Но еще она о страсти — потому что собрать настоящую, вошедшую в историю коллекцию может только человек, захваченный этой страстью как болезнью (Семенова называет это "дефектный ген"). Главные ее герои — Сергей Щукин, Иван Морозов, Илья Остроухов. Но суть этой книги составляют не столько истории большой тройки, сколько вообще особый мир московского купечества. Там все другу другу в той или иной степени родственники, живут рядом, у всех куча детей, которые вместе учатся, в своем кругу женятся, пересекаются в путешествиях и делах. Там каждый со своими тараканами, кто-то сибарит, а кто-то затворник, кто-то бежит от всего русского, как от заразы, а кто-то не может себе помыслить жизни иной, чем московская, кто-то говорит на пяти языках, а кто-то и на русском-то до конца жизни плохо пишет, а собирает безошибочно. Одни сорят деньгами, другие не дадут и лишней полтины. И из круговерти этих характеров и причуд рождаются удивительные собрания. Русские купцы скупают Гогенов и Сезаннов, влюбляются в полотна мало кому нужного и в Париже Матисса, везут Пикассо в не переварившую еще даже импрессионистов Москву, где публика на это искусство смотрит, "kak эскимосы на патефон". Читать об этом русском чуде чрезвычайно увлекательно. Книга просто написана, но ее автору безоговорочно веришь. Академического труда, в такой степени фактологически наполненного, еще нет. Про "искусство и деньги" у нас все еще говорят вполголоса — но не Семенова. Лиза Бергер        

 Жанры книг


 Новые обзоры