Интернет-библиотека NemaloKnig.net: читай-качай!

Улицкая Людмила Евгеньевна - книги автора

Творчество автора (Улицкая Людмила Евгеньевна) представлено в следующих сериях книг: , Дорожный ангел

 Название
 Серия
 Жанр
Сонечка

Медея Мендес от стария гръцки род Синопли няма свои деца. Нейното семейство са многобройните й братя и сестри, племенници и племеннички, техните стари и нови жени и мъже, деца и внуци. Медея оцелява в Крим след всички чистки, изселвания и преселения, домът й на черноморския бряг е гостоприемно отворен за цялата рода. Тя още от дете става майка на осиротелите си братя и сестри, тя е праведница и магьосница, тя живее с мистериите на живота и смъртта, с хармонията и хаоса. Открива, че е била част от любовен триъгълник, в който е замесена сестра й Александра — по-късно ситуацията ще се повтори огледално и трагично в живота на племенничките й, лиричната Маша и чувствената Ника. Тя не спасява света, но подобно на майка е осиновила цял свой свят, за да го защити от житейските бури и ударите на съдбата: политически колизии, семейни драми, битови неуредици, загуби, предателства, страсти и страдания. Людмила Улицка е една от най-превежданите на чужди езици руски авторки. Книгите й се четат в Германия и Америка, в Турция и Китай, тя е отличена с престижни литературни награди в Италия, Франция и Русия. Родена е през 1943 г. по време на евакуацията на семейството й в башкирския град Давлеканово. Баща й е инженер, майка й — биохимичка. Улицка завършва биология в Москва, работи в Института по обща генетика, през 1970 г. е уволнена заради преписване на „самиздатски“ ръкопис. Безработна и изоставена от първия си мъж, отглежда сама двамата им синове и постепенно се насочва към литературна дейност. Първите й публикации са в началото на 90-те години, днес е измежду най-високотиражните руски писатели.

Серия:
 
Без очереди. Сцены советской жизни в рассказах современных писателей

Новый сборник продолжает традиции бестселлеров “Москва: место встречи”, “В Питере жить” и “Птичий рынок”.

“Без очереди” составлен из рассказов и эссе о советской эпохе. Время действия – молодость, место – одна шестая часть суши. Авторы этой книги – пионервожатый Евгений Водолазкин, модница Людмила Улицкая, Александр Генис, путешествующий по республикам автостопом, Марина Степнова, очутившаяся в южной сказке Молдавской ССР, студент Алексей Варламов, давший присягу служить Советскому Союзу, Михаил Шишкин, сочинивший поэму о далеком Райцентре, а также Андрей Филимонов, Ольга Вельчинская, Глеб Шульпяков, Михаил Бутов, Елена Долгопят, Дмитрий Захаров, Василий Снеговский, Иван Цыбин, Наталья Зимянина, Светлана Мосова, Марина Попова и многие другие…

Издание иллюстрировано рисунками писательницы и художницы Саши Николаенко.

Серия:
 
Казенный дом и другие детские впечатления (сборник)

В этой книге собраны воспоминания и размышления взрослых людей, помнящих о своей детской травме – временном отлучении от семьи по очень уважительным причинам: детский сад, больница (санаторий) в любое время года или пионерлагерь (чужая дача) летом. Любой не родительский дом для ребенка – это и есть дом казенный, опыт пребывания в котором западает в душу на всю жизнь. Авторы сборника сыграли в увлекательную игру – попытались преобразовать боль, страх, стыд в текст. Получилась единая история о насилии и разных способах преодоления его последствий, об осмыслении прожитого, о становлении личности, об обретении свободы.

Серия:
 
Как мы пишем. Писатели о литературе, о времени, о себе [Сборник]

Подобного издания в России не было уже почти девяносто лет. Предыдущий аналог увидел свет в далеком 1930 году в Издательстве писателей в Ленинграде. В нем крупнейшие писатели той эпохи рассказывали о времени, о литературе и о себе – о том, «как мы пишем». Среди авторов были Горький, Ал. Толстой, Белый, Зощенко, Пильняк, Лавренёв, Тынянов, Шкловский и другие значимые в нашей литературе фигуры. Издание имело оглушительный успех. В нынешний сборник вошли очерки тридцати шести современных авторов, имена которых по большей части хорошо знакомы читающей России. В книге под единой обложкой сошлись писатели разных поколений, разных мировоззрений, разных направлений и литературных традиций. Тем интереснее читать эту книгу, уже по одному замыслу своему обреченную на повышенное читательское внимание.



В формате pdf.a4 сохранен издательский макет.

Серия:
 
The Question. Самые странные вопросы обо всем

– Бывают ли крокодилы добрыми?

– Кто на самом деле победил на выборах президента в 1996 году?

– Может ли в мозгу закончиться место для памяти?

– Почему в пупках возникают катышки?

– Каково было учиться в советской школе?

Эти и другие вопросы задавали пользователи сервиса The Question, а мы в течение последнего года каждый день искали тех, кто даст ответы.

В этой книжке 297 самых странных вопроса. Мы не гарантируем, что вы станете умнее, если прочитаете ответы на них, но, по крайней мере, о потраченном времени вы не пожалеете.

Книга может вызывать острые приступы любопытства.

Серия:
 
Бедные родственники (сборник)

«Бедные родственники» – первая книга Людмилы Улицкой. Вышла в свет в 1993 году сначала во Франции, а уже потом в России. Именно в этом цикле рассказов проявилось качество, которое потом стало опознавательным знаком автора «Медеи…» и «Казуса Кукоцкого»: грань между бытом и метафизическими безднами не так глубока, как кажется. Ее герои (чаще – героини) – живут так, как будто знают некую «тайну жизни» от рождения, интуитивно, и близкие чаще всего не понимают странной логики их повседневных поступков. Бедные, злые, любимые…

Серия:
Жанр:
 
Даниэль Штайн, переводчик

Мудрая старуха, обитающая среди книг и молчания. Озлобленная коммунистка, доживающая свой век в израильском приюте. Сорокалетняя американка — якобы благополучная, но искалеченная воспоминаниями. Немка, ради искупления вины своего народа работающая в христианской общине под Хайфой. Католическая монахиня, ныне православная попадья, нашедшая себя на Святой земле.

Израильский радикал, неуравновешенный подросток, грустный араб-христианин, специалист по иудаике.

Большая политика и частная жизнь. США, Израиль, Польша, Литва, Россия. А в центре этого разрозненного и всё же отчаянно единого мира — еврей, бывший «крот» в гестапо, бывший партизан, ныне — католический священник.

Человек, чья жизнь объясняет, как люди живы до сих пор, как не утопили себя в ненависти и боли.

Новый роман Людмилы Улицкой — о странствиях духа во мраке мира, о том, как всякий ищет и находит свет вокруг и в себе. О кармелите Даниэле — человеке, с чьей жизнью не способна соперничать никакая литература.

О человеке, который до последнего дня оставался милосердным солдатом.

Серия:
 
Дар нерукотворный (сборник)

В обыденности жизни, в ее монотонности нет-нет, да и сверкнет вдруг чудо – великодушный жест у мелочного, казалось бы, человека, ошеломляющее милосердие у того, кто всегда проявлял себя жестким и даже жестоким, невероятная щедрость там, где вовсе не ожидаешь ее встретить.

Откуда они берутся – доброта и любовь, самопожертвование и милость? Из глубины души? С высоты небес? Ответ невнятен. Это дар. Дар нерукотворный. Людмила Улицкая написала портретную галерею людей, не обойденных этим даром в «жизни, бедной на взгляд»: «Сонечка», «Бедные родственники», «Девочки», узнаваемые персонажи «Русского варенья»…

Серия:
 
Девочки (сборник)

В сборник вошли циклы рассказов «Девочки» и «Детство-49». «В жизни человека есть периоды, когда он очень чувствителен. Прежде всего – время детства, когда всё укрупнено, усилено, имеет дополнительные краски, как будто существует еще один спектр цветов, звуков… Стереоскопическое зрение ребенка срабатывает и до сих пор: меня так и не отпускают мои детские воспоминания» (Людмила Улицкая).

Серия:
Жанр:
 
Детский мир (сборник)

Татьяна Толстая и Виктор Пелевин, Людмила Улицкая и Михаил Веллер, Захар Прилепин и Марина Степнова, Майя Кучерская и Людмила Петрушевская, Андрей Макаревич, Евгений Водолазкин, Александр Терехов и другие известные прозаики рассказывают в этом сборнике о пугающем детском опыте, в том числе – о своем личном.

Эти рассказы уверенно разрушают миф о «розовом детстве»: первая любовь трагична, падать больно, жить, когда ты лишен опыта и знаний, страшно. Детство все воспринимает в полный рост, абсолютно всерьез, и потому проза о детстве обязана быть предельно серьезной – такой, как на страницах «Детского мира».

Серия:
 
Диалоги

Людмила Улицкая — писатель, лауреат международных премий, Букеровской премии (2001г.), премии “Большая книга” (2007г.). Куратор проекта “Другой, другие, о других” — серии книг для подростков, освещающих актуальные вопросы антропологии и острые социальные проблемы. Создатель фонда “Хорошие книги”, задача которого — снабжение качественной литературой библиотек малых городов, школ, детских домов.

Михаил Ходорковский — гражданин Российской Федерации, бывший руководитель и совладелец крупнейшей в России нефтяной компании “ЮКОС”, основатель Межрегиональной общественной организации “Открытая Россия”, ныне отбывающий восьмилетний срок заключения и находящийся в ожидании приговора по второму уголовному делу; заключенный СИЗО N 99/1 города Москвы.


Опубликовано в журнале «Знамя» 2009, №10

Серия:
 
За что и для чего

«Ангелы, вероятно, иногда засыпают. Или отвлекаются на посторонние дела. А, возможно, встречаются просто нерадивые. Так или иначе, в Страстную субботу произошло ужасное несчастье: очень пожилая дама – семидесяти пяти лет – стояла в густой очереди на автобусной остановке с аккуратной сумкой, в которую были упакованы кулич и пасха, и ожидала автобуса. Она была дочерью известного русского поэта серебряного века, вдовой известного художника, матерью многих детей, бабушка и даже прабабушка большого выводка молодняка. Огромный круг ее друзей и почитателей звал ее НК – по инициалам…»

Жанр:
 
Зверь

В рассказе «Зверь» рассказывается о проказнике-коте, неизвестно откуда и зачем пришедшего в дом вдовы. На первый взгляд может показаться, что рассказ учит нас любить животных. Но, если всмотреться в образ кота, обратить внимание на развязку, сон вдовы, то можно понять, что смысл вовсе не в отношении человека к природе, а во взаимоотношениях между самими людьми. Улицкая ставит проблему одиночества человека, проблему непонимания между людьми. Через образ кота она показывает озлобленность сторон, но если его просто погладить, то есть просто отнестись к нему хорошо, то и он тоже ответит добротой и не будет вредить.

Серия:
 
Зеленый шатер

Людмилу Улицкую не раз называли очень внимательным свидетелем эпохи, ее цепким наблюдателем и интерпретатором. Пожалуй, более всего это относится к последнему роману – «Зеленый шатер». Роману о поколении тех, кому выпало взрослеть во времена оттепели, выбирать судьбу в шестидесятые, платить по счетам в семидесятые и далее… как получится, у всех по-разному. Калейдоскоп судеб от смерти Сталина до смерти Бродского, хор голосов и сольные партии, густое переплетение исторических реалий и художественного вымысла…

Серия:
Жанр:
 
Искренне ваш Шурик

Новый роман Людмилы Улицкой "Искренне ваш Шурик", подтвердив ее талант романиста, показал и новизну романной формы, которой никто не ожидал от "генератора сентиментального".

Улицкая адаптирует классическую романную форму к современным привычкам "легкого потребления", переводит ее на язык сегодняшней культуры. Иными словами, если ее "женский роман" и "продвинут", то в сторону жанровой архаики. Люди с тонкими чувствами обречены на вымирание, автор их жалеет, но "антисентиментальной" насмешки… практически не скрывает. Сентиментальное редуцируется к биологическому, к волнению гормонов, а не души, и чем сильнее бурлят гормоны, тем спокойнее душа. Улицкая умышленно издевается над собственным ранним сентиментализмом, имеющим корни в XIX веке, а внутри романа последовательно опровергает те чувства, которые сама же и генерирует у читателей, и в этой эмоциональной динамике новизна ее отношения и к персонажам, и к читателям.

Серия:
 
Истории про зверей и людей

Открою секрет: в каждом взрослом человеке глубоко спрятан тот мальчик или девочка, которыми они были в детстве. Ребенку иногда бывает трудно и неинтересно читать взрослые книги, зато некоторые взрослые не потеряли способности читать детские. Но им тоже это непросто, потому что молодой человек от пяти до десяти гораздо легче представляет себе, как кот разговаривает с растением на подоконнике, а старая лошадь капризничает, потому что ей хочется, чтобы все ее любили. К тому же взрослому человеку не всегда понятно, что разбитые часы могут быть огромным несчастьем жизни, а бумажный кораблик из газеты оказывается пропуском в мир, куда прежде не пускали.

Вот вам истории про Одинокую Мышь, высокообразованного Таракана, плаксивую кобылу Милу, талантливого жеребенка Равкина, добродушного старика Кулебякина, несчастного Воробья, поменявшего свое имя, сороконожку Марию Семеновну с семьей и некоторых других симпатичных героев. Читайте, пожалуйста, я еще напишу».

Серия:
 
Истории про зверей и людей (сборник)

Открою секрет: в каждом взрослом человеке глубоко спрятан тот мальчик или девочка, которыми они были в детстве. Ребенку иногда бывает трудно и неинтересно читать взрослые книги, зато некоторые взрослые не потеряли способности читать детские. Но им тоже это непросто, потому что молодой человек от пяти до десяти гораздо легче представляет себе, как кот разговаривает с растением на подоконнике, а старая лошадь капризничает, потому что ей хочется, чтобы все ее любили. К тому же взрослому человеку не всегда понятно, что разбитые часы могут быть огромным несчастьем жизни, а бумажный кораблик из газеты оказывается пропуском в мир, куда прежде не пускали.

Вот вам истории про Одинокую Мышь, высокообразованного Таракана, плаксивую кобылу Милу, талантливого жеребенка Равкина, добродушного старика Кулебякина, несчастного Воробья, поменявшего свое имя, сороконожку Марию Семеновну с семьей и некоторых других симпатичных героев. Читайте, пожалуйста, я еще напишу».

Серия:
 
Люди нашего царя

"… красота листьев и камней, и человеческих лиц, и облаков слеплена одним и тем же мастером, и слабое дуновение ветерка меняет и расположение листьев относительно друг друга, и их оттенки. Рябь на воде приобретает новый узор, умирают старики, и вылупляется молодь, а облака тем временем преобразовались в воду, были выпиты людьми и животными и вошли в почву вместе с их растворившимися телами. Маленькие люди нашего царя наблюдают эту картину, задрав голову. Они восхищаются, дерутся, убивают друг друга и целуются. Совершенно не замечая автора, которого почти нет".

Л.Улицкая

Серия:
 
Медея и ее дети

«Медея и ее дети» Людмилы Улицкой - один из самых интересных опытов построения нового «семейного романа». Здесь сошлось всё: и непревзойденное умение автора рассказывать истории частного человека, и свободное владение мифологическими пластами, и актуальность, и даже идейность. Главная героиня - бездетная Медея Синопли, тезка античной Медеи, - тоже своего рода божество для всей большой разветвленной семьи. Только она не убивает, а собирает, соединяет, склеивает своей кровью хрупкие внутрисемейные связи.


Серия:
 
Москва: место встречи (сборник)

Миуссы Людмилы Улицкой и Ольги Трифоновой, Ленгоры Дмитрия Быкова, ВДНХ Дмитрия Глуховского, «тучерез» в Гнездниковском переулке Марины Москвиной, Матвеевское (оно же Ближняя дача) Александра Архангельского, Рождественка Андрея Макаревича, Ордынка Сергея Шаргунова… У каждого своя история и своя Москва, но на пересечении узких переулков и шумных проспектов так легко найти место встречи!

Все тексты написаны специально для этой книги.

Книга иллюстрирована московскими акварелями Алёны Дергилёвой

Серия:
Жанр:
 
Первые и последние (сборник)

Эти рассказы родом из русской прозы, внимательной и сочувственной к «лишним» и «маленьким» людям. Автор своей тонкой и четкой оптикой высвечивает те незначительные складки и повороты повседневной жизни, которые благодаря дарованию Улицкой становятся и резкими, и удивительными, и подчас ужасными, а чаще всего – символическими. И всегда невероятно интересными.

«Первые становятся последними, а последние обладают дарами, не предназначенными для победителей, – нищий радуется тарелке супа, а богатый страдает, не зная, кому оставить завещание… И во всем этом много мудрости, иронии и пищи для размышления».

Содержит нецензурную брань!

Серия:
Жанр:
 
Поэтка. Книга о памяти. Наталья Горбаневская

«Биография Наташи уже написана… Но эта книга о другом – о том месте, которое Наталья Горбаневская занимает сегодня в частном пространстве каждого из знавших ее лично, и о том, что подвиг ее жизни был не политическим, как считают миллионы людей, а чисто человеческим – о чем знают немногие. И этот подвиг далеко не исчерпывается тем общеизвестным фактом, что она вышла на Красную площадь в августе 1968 года, протестуя против введения советских войск в Чехословакию. Маленькая ростом, в каких-то измерениях навсегда оставшаяся девочкой, в течение жизни она выросла в человека огромного масштаба, сохранив радостную детскость до смертного часа».

Людмила Улицкая
Серия:
 
Русское варенье (сборник)

В сборник вошли пьесы «Семеро святых из деревни Брюхо» (о русских юродивых), «Мой внук Вениамин» (смешные и грустные семейные истории) и «Русское варенье».

«Вишневый сад» и кусочки других пьес Чехова перевернуты у Улицкой с ног на голову: потомки Лопахина (Лепехины) дожили до того, что дачу надо продавать. И надо работать – но никто не работает. Дача разваливается. Даже «…в Москву, в Москву…» уже никто не стремится. Остается варить варенье по старинному рецепту и пытаться продать по 10 $ за банку. Искушение постмодернизмом? Скорее желание сварить варенье из цитат, зарифмовать классику и современность…

Серия:
Жанр:
 
Сто пуговиц

Рассказы Л. Ю. Улицкой: «Трудное слово «нет», «Грустная история», «Хочу быть добрым!», «Сто пуговиц», «Скучная шуба» для детей дошкольного возраста.

Рисунки М. Мироновой.

Серия:
Скачивание и чтение запрещены по требованию НП "АЗАПИ"
Человек в истории

«В этом сборнике собраны свидетельства о замечательных людях, полузабытых событиях, соединяющиx нас с нашими предками, прожившими трудную, достойную, порой героическую жизнь. Кроме большой официальной истории, записанной, переписанной и подправляемой ежедневно, существует малая история, которую можно восстановить, пока не умерли живые свидетели недавнего прошлого. Эта «микроистория» — приключения песчинки в огромной горе песка. Но каждая песчинка — отдельный человек со своей уникальной историей — несет на себе отпечаток времени.

Это энциклопедия российской жизни, рассказанная ее гражданами, и история эта не парадная, а повседневная. Здесь нет риторических и полных фальшивого пафоса слов о патриотизме, а есть важная работа, цель которой — восстановить историческую справедливость по отношению к тем, кто погиб в больших и малых войнах, был раскулачен и сослан, стал жертвой государственного террора».

Серия:
 
Человек со связями (сборник)

Эта книга о нерасторжимости человеческих связей. О попытке сбежать от обыденности, неразрывном переплетении лжи, а точнее – выдумки, с реальной жизнью («Сквозная линия»); размышления о том, что же есть судьба, если она так круто меняется из-за незначительных на первый взгляд событий («Первые и последние»); долгое прощание с жизнью, в котором соединяются «тогда» и «сейчас», повседневная кутерьма и вечность, понимание, что всё заканчивается и ничего не проходит («Веселые похороны»)…

«Литература – это художественное осмысление связей человека и мира. На рабочем уровне, так сказать. Именно этим делом и занимается писатель, даже в тех случаях, когда делает вид, что собирается просто развлечь почтеннейшую публику» (Л. Улицкая).

Серия:
Жанр:
 

Схожие по жанру новинки месяца

  •  Все о жизни
     Веллер Михаил Иосифович
     Проза, Современная проза, Наука, Образование, Философия, Документальная литература, Публицистика, Документальная литература,

    «Сейчас говорят о возрождении жанра рассказа, о повышении интереса к нему после долгого перерыва. Расцвет русского советского рассказа приходится на двадцатые (Бабель, Иванов, Зощенко) и затем шестидесятые (Казаков, Шукшин и др.) годы. Оперативнее прочих прозаических жанров рассказ реагирует на изменения в общественной жизни: во-первых, он попросту быстрее пишется, во-вторых, в нем труднее халтурить, выдавать желаемое за действительное, подменяя пристальный взгляд на вещи длиннотами описаний и перечнем событий. Слабость романа может маскироваться обилием материала и многословным жизнеподобием; слабость короткого рассказа нага и очевидна. Характерно, что в период культа личности, когда литературу нацеливали на лакировку действительности и пропаганду заданных установок, премий удостаивались исключительно романы…»

  •  Все о жизни
     Веллер Михаил Иосифович
     Проза, Современная проза, Наука, Образование, Философия, Документальная литература, Публицистика, Документальная литература,

    «Сейчас говорят о возрождении жанра рассказа, о повышении интереса к нему после долгого перерыва. Расцвет русского советского рассказа приходится на двадцатые (Бабель, Иванов, Зощенко) и затем шестидесятые (Казаков, Шукшин и др.) годы. Оперативнее прочих прозаических жанров рассказ реагирует на изменения в общественной жизни: во-первых, он попросту быстрее пишется, во-вторых, в нем труднее халтурить, выдавать желаемое за действительное, подменяя пристальный взгляд на вещи длиннотами описаний и перечнем событий. Слабость романа может маскироваться обилием материала и многословным жизнеподобием; слабость короткого рассказа нага и очевидна. Характерно, что в период культа личности, когда литературу нацеливали на лакировку действительности и пропаганду заданных установок, премий удостаивались исключительно романы…»

  •  Все о жизни
     Веллер Михаил Иосифович
     Проза, Современная проза, Наука, Образование, Философия, Документальная литература, Публицистика, Документальная литература,

    «Сейчас говорят о возрождении жанра рассказа, о повышении интереса к нему после долгого перерыва. Расцвет русского советского рассказа приходится на двадцатые (Бабель, Иванов, Зощенко) и затем шестидесятые (Казаков, Шукшин и др.) годы. Оперативнее прочих прозаических жанров рассказ реагирует на изменения в общественной жизни: во-первых, он попросту быстрее пишется, во-вторых, в нем труднее халтурить, выдавать желаемое за действительное, подменяя пристальный взгляд на вещи длиннотами описаний и перечнем событий. Слабость романа может маскироваться обилием материала и многословным жизнеподобием; слабость короткого рассказа нага и очевидна. Характерно, что в период культа личности, когда литературу нацеливали на лакировку действительности и пропаганду заданных установок, премий удостаивались исключительно романы…»

  •  Код фейри. Заложница Теней
     Васина Екатерина
     Фантастика, Киберпанк, Ужасы и Мистика, Любовные романы, Современные любовные романы, Короткие любовные романы, Эротика, Юмор, Юмор, Любовно-фантастические романы, Попаданцы, , , ,

    День, когда меня купили, был самым обычным. Никогда бы не подумала, что подобное может произойти со мной, биологом-генетиком и просто современной женщиной. Но меня купили… И теперь я – собственность Владыки Теней. Короля Дикой Охоты. И я нужна ему не в качестве постельной игрушки. Моя роль непонятна мне самой. Как и все то, что происходит вокруг. Мир фейри слишком жесток, а Царство Теней жестоко особенно. И теперь придется выживать. Потому что кому-то я перешла дорогу, сама того не зная.

    Книга первая

    Содержит нецензурную брань.

  •  Универсариум
     Кара Антон
     Детективы и Триллеры, Триллер, Детектив,

    З0-летний Эдуард находится в депрессии. Он знакомится с Полиной и в стремлении добиться ее любви вступает в странное закрытое общество во главе с профессором, знающим ответы на все вопросы мироздания и проповедующим абсолютную свободу. В своем ярком перерождении Эдуард избавляется от внутренних барьеров. И каким он станет после всех открытий: просветленным или порочным?

  •  Харассмент
     Ярмыш Кира Александровна
     Проза, Современная проза, Любовные романы, Современные любовные романы,

    Инге двадцать семь, она умна, красива, получила хорошее образование и работает в большой корпорации. Но это не спасает ее от одиночества – у нее непростые отношения с матерью, а личная жизнь почему-то не складывается.

    Внезапный роман с начальником безжалостно ставит перед ней вопросы, честных ответов на которые она старалась избегать, и полностью переворачивает ее жизнь. Эти отношения сначала разрушают Ингу, а потом заряжают жаждой мести и выводят на тропу беспощадной войны.

    В яркой, психологически точной и честной книге Киры Ярмыш жертва и манипулятор часто меняются ролями. Автор не щадит ни персонажей, ни читателей, заставляя и их задавать себе неудобные вопросы: как далеко можно зайти, доказывая свою правоту? когда поиск справедливости становится разрушительным? и почему мы требуем любви к себе от тех, кого ненавидим?

    Содержит нецензурную брань.

    В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

 Жанры книг


 Новые обзоры